— Я очень надеюсь, что когда подойдёт это время, в которое я очень слабо верю, ты, Сириус, передумаешь, — сказала Вальбурга, — а то будешь праздновать свадьбу без матери.
— Ты знаешь, Сириус, чтобы устроить попойку с цыганами и дракой, свадьба совершенно не обязательна, — рассмеялся Антонин, — очень многие русские праздники сопровождаются такими развлечениями. И даже если праздника нет, а душа просит — это возможно устроить в любой день.
— Давай-давай, Антонин! Научи Сириуса «хорошему», — заметил Северус. — Мало у него мусора в голове! Будем его разыскивать по следам медведей, следуя за звуками песен цыган, точно зная, что именно там мы найдём его!
— Чтобы вы знали и раз и навсегда запомнили, — сказал Антонин, — в России медведи по улицам не ходят! Не знаю, кто это придумал, подозреваю, что вы, англичане! Так как почему-то русских уж очень не жалуете!
— Давайте уйдем от этой темы, — предложил лорд Лестрейндж, — лучше пусть каждый пойдёт и подумает о подарках — времени в обрез!
— Подарки совершенно не обязательны! — воскликнула Аннабель. — Приходите просто порадоваться нашему счастью!
***
— Августус, — сказал Лорд Нотт, — ты хотел со мной о чем-то поговорить?
— Да, Магнус, мне нужно кое-что тебе сказать, вернее — кое о чем попросить, — ответил Руквуд. — Давай пройдём ко мне в комнату, мне бы не хотелось, чтобы кто-то нас услышал.
Нотт знал, что Августус — немного странный человек. Странный, но очень хороший. Потому с готовностью последовал за ним. Усадив Магнуса в кресло, Августус стал ходить туда-сюда, немного нервничая и не зная, с чего начать.
— Август, ты не тяни и говори сразу прямо, чем я могу тебе помочь. Мы же друзья, зачем нам друг с другом эти реверансы.
— Я, Магнус, решил жениться, — неожиданно сказал Руквуд, — поэтому мне нужно с тобой серьезно поговорить.
— Жениться — это просто замечательно, — сказал очень удивленный Нотт. — Мне помочь тебе подобрать невесту?
— Невеста у меня есть; правда, она еще не знает об этом, но я считаю это не принципиальным вопросом, — ответил Августус. — Главное, что ты должен принять её в род. Её бабушка по отцу была сквибом Ноттов, а бабушка по матери — из французского рода де Куален. Как ты понимаешь, к французам обращаться мне далеко и хлопотно, поэтому прошу тебя: прими, пожалуйста, мою невесту в род.
— А откуда такие сведения? — поинтересовался заинтригованный Нотт. — Она что, прошла проверку родства в Гринготтсе?
— Да, именно так, совсем недавно, — ответил Руквуд. — И ты там чего не думай, у неё есть документ! Она очень милая девушка, да ты её знаешь — это Стефани Райс.
— Стефани Райс! Да, очень хорошая девушка. Август, нет абсолютно никаких проблем, — успокоил Руквуда Нотт. — Если эта проверка показала, что она моя достаточно близкая родственница, я с удовольствием приму Стефани в род, а потом выдам за тебя замуж! Станем не только друзьями, но и родственниками!
***
Вальбурга направилась в кабинет к Дракону. Она получила дурные вести от Люциуса: матушка Барти Крауча умирает, колдомедики опустили руки и сказали, что ей остались считанные дни. Барти ещё об этом не знал, и Вальбурга хотела просить Монтермара тоже забрать её в замок и попробовать спасти! Она была дочерью Чарис Блэк, двоюродной тети Вальбурги, но каким бы дальним ни было родство — Блэк всегда остаётся Блэком.
Дракон выслушал леди Вальбургу и сказал:
— Конечно, мы заберем её, я предлагаю поступить так…
Бартемиус Крауч-старший ночевал в будние дни в своей лондонской квартире, а время с вечера пятницы до утра понедельника проводил в Шотландии, в Банчрю-хаус[130], где жила его больная супруга Линда Присцилла Крауч, в девичестве Лолишон-Орман. Это поместье располагается на берегу залива Боли Ферт, неподалеку от Tomnahurich Hill[131]. Супруга получила его в наследство от своего дедушки по материнской линии, шотландского лерда Иэгэна Кэмпбелла. Линда утверждала, что здесь она чувствует себя лучше, чем в родовом поместье Краучей, и категорически отказывалась жить там. Бартемиус подозревал, что она просто не хотела иметь ничего общего с семьей своего мужа (его самого), который посадил в Азкабан её единственного, горячо любимого сына.
Линда тихо угасала, проводя большую часть времени в спальне, безучастная ко всему, что её окружало. Когда по пятницам Бартемиус перемещался к ней из Лондона, жена смотрела сквозь него пустыми глазами и никогда не заговаривала с ним первая, делая вид, что его просто здесь нет. На прошлой неделе он приводил с собой колдомедиков из больницы Св. Мунго и они сказали, что уровень магии у миссис Крауч критично низок, как и количество жизненных сил. И что если в ближайшее время не произойдет чудо, он может начинать готовиться к её похоронам.
