А может, мальчишка просто до сих пор должным образом не научился управлять телом. С дисциплиной-то у него всегда было неладно. Вот и сейчас дыхание сбилось, мысли мечутся, как перепуганные птахи, и сердце колотится не в шаг.
Фасхил поднялся на ноги и, завершая обращение, расправил одежду. В следующий миг мальчишка, одолев последние ступени, выскочил на площадку и подбежал к юго-восточному краю. Замер всего на миг - присмотреться, и тут же накинулся с вопросами:
- Вон там - это они, т’хаа-сар Фасхил? Они?! Так чего же вы все ждете - и стражи, и магистры? Почему не встречаете?..
- Мир, Одуванчик, - оборвал его Фасхил. Впрочем, без особой надежды, что мальчишка заметит приветствие - слишком взволнован, чтобы понять, что нагрубил. Так и вышло.
- Проклятье!.. их так мало! Посмотри же, их совсем мало... почему? Неужели это все?
Юный маг словно не услышал, что к нему обращались - сыпал и сыпал вопросами, от которых шерсть вставала дыбом. Благо, все это было ожидаемо: Сабаар не выдержит горького знания и поделится с братом, а тот, конечно, устроит переполох.
Вот только где сейчас сам Сабаар? Почему оставил подопечного?
- Все, - Фасхил даже не пытался быть мягче. - Три четверти миссии погибло. Разве Сабаар тебе не сказал? Он знает наверняка.
- Сказал. Я не хотел верить. - Мальчишка сразу сник, словно до этого еще на что-то надеялся. - Сатхан, Ашир, Молчун Харат и Тес-Буревестник с севера...
Воспитанник Белокрылого знал чуть ли не всех его хаа-сар. Он называл имена, одно за другим, и каждый раз сердце сжималось, останавливаясь, чтобы потом снова вытолкнуть в жилы кровь. И с каждым разом сжимало сильнее, а волна крови била выше и горячее.
Фасхил мог остановить это, просто приказать щенку заткнуться, но почему-то этого не делал. Неужели он хотел наказать себя? Измерить собственный долг перед погибшими болью юного мага? Или бездна вершителя была слишком желанным источником, чтобы не хлебнуть из него в полной мере?
- И Хасмар... и Шахул тоже?
- Да, мальчик, все так, - кивнул Фасхил, не поворачиваясь. - Они погибли по воле Хаа. Плачь, если хочешь, злись, но не осуждай.
Помниться, прощаясь, Рахун упрекал его в пристрастии к боли, в страхе перед слабостью, предлагал помощь... Что ж, сегодня они поменялись местами: даже скорбь Лаан-ши не сравнится с тем, что привез из степи Белокрылый хааши.
Эта мысль отрезвила, заставила действовать.
Тирон, как всякий торговый город, полон человеческих нечистот и опасен для даахи. Пережившие мор стражи утонут в его песнях, как слепые щенки в бурном потоке. Он, т’хаа-сар ордена, не позволит им рисковать - встретит с конвоем еще за городскими стенами и сам лично приведет в замок, под защиту гарнизона и магии.
- Рахун вернулся, Магистр Жадиталь и ее ученики тоже. И они одолели мор, это - главное, - сказал он мальчишке, и, так и не оглянувшись, начал спускаться по лестнице. Пешком.
В конвой миссии рвались все. Фасхил выбрал три десятка старших и опытных и еще двадцать молодых, веселых и беззаботных. Можно было бы взять и Сабаара: питаясь привязанностью брата, он по-прежнему оставался самым спокойным и надежным. Но в казарме Волчонка не было, наверное, все же остался с Одуванчиком. Что ж, в этот раз Фасхил не стал его звать - юному магу тоже нужна поддержка. Но пока собирались остальные, Сабаар явился сам, да не один, а с Лаан-ши и девчонкой Датриса.
После землетрясения эти трое стали неразлучны: видишь одного, значит, и двое других где-то рядом: привязанность, дружба, любовь... это не могло не беспокоить - слишком опасно! Пока для Кайле доверие мальчишек важнее поцелуев, да и Адалан слишком юн и может удовлетвориться взглядами да улыбками, но это ненадолго. Однажды все изменится - девчонке придется выбирать... и лучше бы ей выбрать кого-то третьего. Да хоть бы одного из учеников Жадиталь - они теперь герои. И почти взрослые. Но женщины!.. кто знает, как и почему они делают свой выбор? Уж точно не Фасхил. Ему было известно лишь то, что, в конце концов, все зависит только от них.
Т’хаа-сар решил не обижать учеников, выслушать, как положено - им сейчас тоже было непросто. Конечно, все трое хотели бы встретить миссионеров первыми. Только понимали, никто их с собой не возьмет, потому и пришли попросить хотя бы за Сабаара. Что ж, Фасхил не стал отказывать. Наверняка Белокрылому захочется поскорее увидеть сына.
Собрались быстро и выдвинулись пешим строем. Нечасто тиронцам доводилось наблюдать столь внушительное зрелище, как марш хаа-сар ордена: высокие, стройные как на подбор воины, презирающие доспехи, и огромные мохнатые звери с гордо поднятыми рогатыми головами и когтистыми крыльями. Крылатых стражей привыкли видеть на стенах замка, изредка - высоко в небе, еще реже - на улицах города, в человеческом облике, по одному или парами. Но чтобы вот так, вооруженным строем на центральных улицах!.. Горожане липли к окнам, жались к обочинам, к стенам домов, спешили свернуть в переулки и оттуда во все глаза таращиться на небывалое.