Вице-президент вздохнул. Он сам плохо понимал этого русского. Но факт остается фактом – он передал одного из плененных американцев и готов был передать остальных троих.
– Как быстро мы сможем послать человека в Кабул?
Вебстер вздохнул
– На нормальное внедрение по минимуму – уйдет месяц. Это практически отрезанная от внешнего мира страна, аэропорт у них совершает рейсы только на СССР и на Индию, иные способы заброски практически непредставимы. Нашего посольства там нет, никакой поддержки у нашего человека не будет. Кого бы мы не послали – мы не можем быть уверены в том, что Эймс не сдал его русским и он сразу не попадет под колпак…
– А как русские его схватят, он моментально выдаст контакты, и русские поймут, что у нас кто-то появился в Кабуле – профессионально подвел итог вице-президент – просто великолепно!
– Сэр, я повторно предлагаю вытащить этого парня немедленно – заявил Чейни
– Как… – тяжело вздохнул Буш – как ты его вытащишь, Дик? Мы послали одного человека, и он попал в лапы русских. Мы послали четырех человек, и они попали в лапы русских… Провал за провалом!
В кабинете наступило тяжелое молчание
– Сэр… а что если русский сам подберет контактера? – предложил Уорден, который до этого сидел молча
Вице-президент уставился на него
– Конкретнее.
– С русским были несколько парней, они прикрывали его. Думаю, он доверяет им. И они пользуются большей свободой передвижения.
– Опасно… – сказал Вебстер – очень опасно. Так мы не сможем ничего проконтролировать.
– Мы и так не сможем ничего проконтролировать! – раздраженно заявил Буш – и отправлять еще одного человека на сковородку я не хочу. Ворден… да
– Уорден, сэр.
– То есть вы предлагаете держать контакт через пограничную зону.
– Это единственный выход сэр.
– Но пограничная зона это особо контролируемая территория! И там все как на ладони, это не город. Ни нормальная тайниковая операция, ни моменталка – невозможны!
– Сэр, но это не мешает им забирать наркотики, верно?
Буш несколько секунд сидел хмурый как туча. Потом улыбнулся
– А ведь верно…
Когда заседание уже завершилось – вице-президент США Джордж Буш внезапно попросил задержаться Уордена, единственного действующего оперативника в зале. Остальные – уже вышли из кабинета…
– Я вас помню – сказал Буш, подслеповато разглядывая Уордена. Они были почти одного роста и говорить друг с другом им было удобно: обычно высокий и худой техасец нависал над собеседником, вызывая у него дискомфорт
– Да, сэр. Я работаю в ЦРУ больше двадцати лет. Сейчас – начальник отдела по борьбе с русской угрозой.
– А почему лично в Пакистане?
– Сэр, я возглавлял пешаварскую станцию. Меня отозвали перед тем, как…
Буш понимающе кивнул
– Один вопрос. Вы единственный, кто видел в глаза этого русского. Я хочу спросить вас – что по вашему заставило его пойти на контакт с нами?
Обычному человеку Уорден наплел бы с три короба. Но перед ним был директор ЦРУ, пусть и бывший.
– Не знаю, сэр. Возможно, у него проблемы на работе. А возможно – он просто больше не хочет заниматься контрабандой наркотиков. Все может быть, сэр, русские очень скрытны и мотивацию их поступков сложно понять.
Вице-президент согласно кивнул
– Да, вы правы. В этом – они полная противоположность нам. Поэтому – мы должны расправиться с ними и как можно скорее.
– Да, сэр. Должны…
Приказ вице-президента США, явно давшего понять, каковы ЕГО приоритеты в этом сложном и смертельно опасном деле – заставили ЦРУ и армию США начать сотрудничать. Пусть и на время, пусть и подозрительно поглядывая друг на друга – но начать сотрудничать.
Рано утром – несколько черных «танк-седанов» и тяжелых внедорожников с затонированнцыми до черноты стеклами – помчались по девяносто пятой дороге на юг. За Ньюингтоном – свернули на Восток. Там – была база ВВС США Дэвисон и военный комплекс Форт Бельвуар, малоизвестный, но использовавшийся в десятках специальных операций. В каждой машине сидели по одному, максимум по два человека – свое ведомство каждому из них предоставляло машину. О том, чтобы скооперировать и поехать всем вместе никто и не думал – не частная лавочка, за все платит дядя Сэм.
