– Игра, Макс. Не более, чем игра. Но эта игра сделает тебя богатым. Если ЦРУ поимеет тебя и выбросит на помойку – то с армией это не пройдет, мы заботимся о своих людях. Знаешь, какие деньги положены тем, кто сражается за Америку? Деньги, почет уважение. После того, как ты выслужишь срок – тебе будет полагаться пенсия. Купишь машину, квартиру.
– Если не убьют.
– А разве без этого была бы игра?
Русский молчал.
– Решения в игре принимать надо быстро – Корти решил сорвать дозревший плод – итак?
– Да…
– Вот и хорошо…
Вторым – американец решил обработать Ахмедова. И едва его привели – сразу понял, что сделал ошибку. Его надо было работать первым или последним. Или – попросить, чтобы заменили.
Он знал такой тип людей. Встречал в Латинской Америке. Крепкие как перекаленная сталь. Если ударить – ломаются, но надо знать, куда именно бить. Опасны своей непредсказуемостью, неуправляемостью. Его «да» сейчас ничего не будет значить, если его не подцепить на крючок.
– Ты хочешь воевать против русских?
– Да.
Корти снял очки. Когда он взялся колоть русских – он привез с собой очки с обычными, нормальными стеклами. Старая уловка… вертишь очки в руках, надеваешь их, кладешь на стол, стучишь дужкой по столу. Выигрываешь время, отвлекаешь внимание – людей почему-то очень привлекают манипуляции руками, совершаемые другими людьми.
– Давай, немного поговорим. Ты русский?
– Нет!
– Как ты попал в русскую армию?
– Меня призвали.
– Где ты родился?
– Казахстан. Это такое место на юге. Далеко от гор.
– И там тебя призвали?
– Да.
– Поговорим о твоем детстве…
– Зачем?
– Затем, что это нужно!
Чеченец не ожидал такого. Корти понял, что тот, кто работал с ним прежде – облажал всю ситуацию. Ему надо было отчитаться о перевербовке – и он отчитался. Хотя – то что он ненавидит русских, еще не значит, что он будет выполнять приказы.
– Расскажи мне о том месте, где ты родился? Ты ходил в школу?
Чеченец принялся рассказывать. Перед глазами американского подполковника – вставала степь, где летом летит пыль, а зимой поземка, какие-то шахты, нищие, продуваемые жестоким ветром поля И народ, выброшенный в чистое поле по приказу русского диктатора Сталина. Народ гордый, жесткий, не приемлющий подчинения.
– Твой отец жив?
– Да.
– Как он воспримет то, что ты перешел на нашу сторону?
Чеченец – вдруг замкнулся и ничего не ответил. Было видно, что удар достиг цели.
– Его могли арестовать.
– Нет…
– Ты выступал по пакистанскому радио. Призывал предавать.
Чеченец – ожег американца злым взглядом
– Зачем так говоришь?
– Затем, что я могу тебе помочь. Ты хочешь – чтобы твоя семья была здесь?
Чеченец задумался. Потом выдал неожиданное, совершенно детское
– Не знаю…
– Америка – дом для разных люде. Русские – это расисты. Они скрывают это – но это так. В их доме – есть место только для русских, остальных они не считают за людей…
Корти по выражению лица чеченца почувствовал – не в масть. Сменил тему.
– Ты знаешь о задании?
– Нет. Ничего не говорили.
– Ты сможешь воевать против русских. В Афганистане. Но должен будешь выполнять наши приказы.
– Что надо будет делать?
– Найти кое-кого. Что ты скажешь о других людях? О русском десантнике, например.
Взгляд был красноречивее любого словесного ответа. Корти чуть наклонился вперед для большей доверительности.
– Я тоже им не доверяю.
Чуть пониженный тон, доверительный взгляд…
– Да?
– Точно. Я думаю, кто-то из них может работать на КГБ. Ты знаешь, что такое КГБ?
– Знаю. Отец говорил, это они лишили нас родины. Родной земли, родного дома. Выбросили нас в поле умирать.
– Кто это может быть, как думаешь?
– Кто-то из русских. Этот… десантник.
Корти тяжело вздохнул
– Если бы все было так просто. Обычно – предателем бывает как раз тот, на кого и не подумаешь. Кому доверяешь как себе самому, вот в чем дело. Ты не думал о других?
Чеченец настороженно посмотрел на него.
– Речь не о тебе. Ты перешел к нам по идейным соображениям, к тебе вопросов нет. А вот они – боятся расплаты за свои преступления. Мне нужен кто-то, кому я могу доверять. Кто-то, кто будет присматривать за всеми остальными. Понимаешь?
Чеченец понимающе осклабился. И этот – идейный… называется. Стучать на своих.
– Понял…
– По этой простой причине я не могу сделать тебя главным в группе. Главным в группе будет Буза – надо показать ему, что мы ему доверяем. А ты будешь присматривать за ним.
– Да понял я…
– И за другими тоже. И как только ты что-то увидишь – ты скажешь мне…
– Этот десант… он ненадежный человек! Ненадежный… шайтан!
Что такое шайтан – подполковник не знал, слово то ли русское, то ли арабское. Ах… да, синоним русского «черт».
– Я уже знаю это. Помоги мне добыть доказательства. Я буду благодарен
Чеченец прижал руку к сердцу.
– Все сделаю, начальник…
