О, великие потерянные боги, она говорила серьезно!
– На своем последнем выступлении они убили гостей, – пытался вразумить ее Зимри. – У тебя самой из носа пошла кровь, и ты чуть не упала в обморок.
– Я знаю! – усмехнулась Каттива. – Все в королевстве до сих пор обсуждают эту ночь. Тем, кто присутствовал, стали завидовать. А те, кто не был там, позеленели от зависти, поскольку не видели это безумие собственными глазами. Мы должны заполучить их, Коллектор. Если наша помолвка станет следующим местом их выступления после такой… катастрофы, – она мечтательно вздохнула, – она войдет в историю. Пожалуйста, подумай, возможно, ты сможешь что-то сделать? А если не ты, я сама буду добиваться аудиенции у короля. Так или иначе, мы сделаем так, чтобы Мусаи выступили на нашем приеме.
Зимри молчал, не в силах вымолвить ни слова. Неверие и ужас накинули на него свои сети.
Неужели потерянные боги настолько жестоки?
Какие еще безумные игры ждут впереди, чтобы окончательно уничтожить последние крупицы его души?
– Коллектор, – со стороны соседней лестницы послышался глубокий голос. Один из его охранников ждал на лестничной площадке, его лицо было скрыто черной маской. – Прошу прощения, что прерываю вас, сэр, – продолжил он, – но мы поймали нескольких шулеров, а я знаю, что вы любите быть в курсе таких дел.
– Неужели кто-то настолько глуп, чтобы пытаться обманывать здесь? – спросила Каттива.
– Такое случается чаще, чем ты думаешь, – ответил Зимри, к нему вернулась способность говорить. – Спасибо. – Он повернулся к охраннику. – Я разберусь.
– Так что насчет моей просьбы? – Каттива поймала его за рукав, останавливая.
Его магия разочарованно зашевелилась.
Для него, однако не для Каттивы. Подобное желание было достаточно смелым, но вполне привычным для ее характера.
А вот он и в самом страшном сне не мог представить такого. Обратиться к своему королю, своему наставнику, руки чьей дочери он просил совсем недавно, с просьбой дать разрешение на то, чтобы эта самая дочь выступила на приеме по случаю его помолвки с другой.
Хуже ситуацию и придумать нельзя.
Но Зимри также не мог допустить, чтобы Каттива искала встречи с королем. Если вообще рассматривать эту идею, надо было действовать осторожно.
Натянув на лицо маску спокойствия, Зимри отогнал душевную боль и ответил:
– Я посмотрю, что можно сделать.
Оставив Каттиву, он последовал за своим охранником вниз по лестнице, отчаянно желая отвлечься.
– Расскажи мне об этих глупцах, – приказал он.
– Их двое, сэр, – сообщил охранник.
Зимри кивнул.
– И они спрашивали о вас. Интересовались, на месте ли Коллектор. Вообще, кажется, они очень хотели, чтобы их поймали.
– Так и случилось?
– Да, – подтвердил охранник. – Они сказали, что жульничали в течение двух водопадов песка и им надоело так легко выигрывать. Если честно, они довольно самоуверенны, сэр.
Зимри поджал губы, судя по всему, он понял, кем могут оказаться эти двое.
Подвал «Макабриса» был спроектирован ради двух целей: проведения боев для развлечения посетителей и выпытывания нужных признаний в специально отведенных комнатах. И там, и там испытывали боль, а каждую ночь кто-то убирал пот и кровь.
Прижимаясь к стене, Зимри следовал за своим охранником мимо толпы гостей, которые глазели на двух бойцов на арене в центре и размахивали бумагами с записанными на них ставками. В отличие от буйных зрителей, противники были без масок, но их опухшие глаза, рассеченные губы и размазанная по лицу кровь сами по себе являлись достаточной маскировкой. Острый запах пота и тел доносился до Зимри сквозь маску, но это было ничто по сравнению с головокружительным ароматом адреналина и возбуждения, исходившим от тех, кто находился рядом. Их эмоции нахлынули на Зимри в тот же миг, когда его дары устремились вперед, пытаясь ухватиться за эти ощущения, будто жадные золотые пальцы.
Повернувшись спиной к толпе, Зимри свернул в более темный коридор и прошел мимо небольших клеток для драк, расположенных по обе стороны. Это были частные комнаты, которые можно было зарезервировать для тех, кто отчаянно хотел причинить боль или испытать ее сам. В каждой из них стоял смотритель, готовый прекратить драку до того, как она станет смертельной. Когда Зимри в девятнадцать впервые вернулся в «Макабрис», он был наивно шокирован тем, что этот этаж заполнялся быстрее, чем этажи удовольствий выше.
