Симфония для смертельного трона полностью

– Я хочу иметь возможность сохранить что-то из нашего детства. Из моей… любви к тебе, – выпалила она слова, которые одновременно ранили и успокаивали. – Хочу, чтобы воспоминания о наших отношениях остались светлыми, ведь даже если между нами больше никогда ничего не будет, – она посмотрела на разделявшее их расстояние, – я всегда буду знать, что когда-то нас связывало нечто прекрасное. – Сердце Зимри разрывалось от боли, пока он слушал.

– Но, пожалуй, сильнее всего, – продолжала Арабесса, – я хочу иметь возможность сыграть на приеме в честь твоей помолвки и никого не убить.

Зимри увидел в ее глазах отчаяние и боль, причиняемые этой правдой. Ее признание. Страх. Он почувствовал его в воздухе.

Из-за этого осколки его сердца превратились в пыль. Она узнала, о чем он просил их короля. Ее отца. О чем он не желал просить, но все же попросил.

– Ара, – тихо начал Зимри, произнося ее имя так, чтобы услышала лишь она. – Ты должна знать, что это просьба Каттивы. Я бы никогда…

– Да, – перебила она. – Я знаю. Сестры рассказали, что говорили с тобой. Я не обрадовалась, что… мне поручили это задание, но я понимаю цель этого представления.

«Время от времени мы должны играть роль». Они жили в мире масок, скрываемых личностей, игры характеров и обязанностей.

Зимри не был ее бывшим любовником; он был Коллектором. И она была не возлюбленной его детства; Арабесса являлась неуловимой участницей трио Мусаи. Он создавал развлечения, ей было суждено развлекать.

Именно так считала Каттива. Этого ожидали их гости.

Что они будут продолжать изображать то, что должны, ведь так нужно.

Необходимо скрывать личности, играть свои роли.

Все это и послужило причиной согласия Долиона. Встреча, на которой они обсуждали этот вопрос, получилась напряженной. Они разговаривали без масок в кабинете графа в Джабари. Зимри не хотелось признавать, но он слишком боялся задавать этот вопрос в тронном зале, адресовать его уже Королю Воров.

Невозможно было предугадать, как поведет себя существо, находящееся под воздействием древней магии, а Зимри все же дорожил своей жизнью.

После того, как Зимри рассказал о своем затруднительном положении: просьбе Каттивы, ее упорстве, как выглядит в этой ситуации он, Коллектор, известный приближенный короля, который не в состоянии сделать такой подарок своей будущей жене, Долион долго молчал.

В те минуты возраст и усталость наставника стали заметны по морщинам между его бровей и тому, как поникли его плечи. Зимри боялся, что это новое бремя может доконать его, но, в конце концов, наставник кивнул. Он сказал Зимри, что тоже сожалеет о подобной ситуации, но такого рода затруднения, как правило, разрешаются сами собой. «Испытания в Адилоре выпадают не просто так, – сказал Долион. – А для того, чтобы чему-то научиться. Будем надеяться, мы извлечем из этого уроки».

Зимри ушел, чувствуя себя гораздо хуже, чем когда пришел.

Арабесса будет вынуждена играть на приеме в честь его помолвки, а он должен присутствовать там. Аплодировать. Улыбаться.

Его желудок снова скрутило от ужаса. Кошмар воплотился в жизнь. Он и представить не мог, как Арабесса восприняла такой приказ от отца, своего короля.

– Так ты не злишься на меня за такую просьбу? – спросил он.

Она улыбнулась ему, грустно поджав губы.

– А ты на меня?

Вопрос заставил Зимри отпрянуть. Запаниковав, он пытался понять, какие эмоции испытывает к этой молодой женщине. Конечно, он был зол, но на нее ли? Или на ситуацию? Их судьбу? Если бы она спросила его об этом неделю назад, он бы ответил «да». Но теперь…

«Когда она узнала, что ты наконец-то сможешь заполучить «Макабрис», она поняла, что не может помешать этому. Даже если бы это означало потерять тебя».

Силы небесные и морские, ему не нравилось, что он понимал это. И знал, что мог бы сделать то же самое для Арабессы, если бы они поменялись местами.

– Я не сержусь на тебя, – в итоге сказал он, ощутив исходящее от нее облегчение. – Я все еще не согласен с твоим решением, но теперь понимаю, почему ты отказала мне.

Арабесса кивнула, не в силах произнести ни слова.

– Но я скажу тебе вот что. – Зимри шагнул ближе, подходя к ней почти вплотную. – Если бы существовал способ убедить тебя сказать «да», я бы нашел его.

Ему не стоило говорить этого, не надо было признаваться, что он по-прежнему жаждет ее. Но близость Арабессы разрушала его контроль. Она отчаянно старалась сохранить самообладание, и он очень хотел облегчить ее бремя, дать ей возможность свободно выражать эмоции. Когда они оставались наедине, когда он чувствовал тепло ее тела, единственным навязчивым желанием было прикоснуться к ней. Особенно, когда при его словах Арабесса испытала волнение. В ее глазах вспыхнуло желание, заставив пошевелиться надежду в его израненном сердце.