Вспомним гендерные значения красного и вновь отметим, что различия в цвете могут относиться и к полу. Так, если у бушменов самцы антилопы обозначались красным цветом, то самки – светло-желтым. В Древнем Египте изображения богинь и женщин канонически окрашивались в желтый цвет.
В традиционном Китае (где долго царили матримониальные отношения и женщина в связи с передачей наследства занимала центр мироздания) желтый считался священным и обозначал женственность (Инь) земли (И цзинь). Относительно патриархальных обычаев Запада эта культура может считаться как бы перевернутой, то есть пребывающей в экстремальном состоянии интеллекта.
В таком состоянии именно император мог носить царственные (женщины царствовали в семье) цвета. Так, при династии Цин желтый был исключительно цветом одежд и эмблем императора. Согласно Конфуцию, желтый цвет должен символизировать веру. А ведь известно, что большинство истинно верующих – женщины.
Индуизм улавливает в этом цвете бессмертно-жизненную истину, наделяя им семя человеческое. В Индии новобрачная покрывает свои руки желтым, чтобы обозначить то счастье и единство, которого она ожидает. Будда как олицетворение синего Вишну представлен в мифологии и живописи одетым в желтые одежды. Желтый цвет в буддизме означает богатство, любовь и духовность. В энергетическом центре желтого цвета тантризм усматривает увеличение жизненной силы и приобретение крепкого здоровья. Тут же находится и способность ясно излагать свои мысли (опять женщины!).
Показательно, что экстрасенсы, отождествляющие интеллект с интуицией, находят в ауре золотисто-желтого цвета высокие умственные качества и блестящие возможности. Помимо этого существует также истинный первичный золотисто-желтый цвет – показатель духовного просветления, видимый вокруг головы духовно великих людей.
Золотые и желтые одежды православные священники надевают на богослужения праздников Иисуса Христа (Рождество, Сретение, Преображение, Вознесение), в воскресные дни, а также в дни памяти апостолов и святителей. В католичестве светло-желтый цвет символизирует интуицию, интеллект и веру, а кроме того, истину, обретенную в откровении, и эмоциональную теплоту Солнца.
Духовную красоту характеризуют золотисто-желтым цветом Каббала и франкмасоны, в геральдической радуге он трактуется как божественная щедрость. Однако желтый флаг в Европе когда-то означал карантин (не зря же и Второй, и Третий рейх заменяли желтый на белый в государственном флаге Германии).
В ренессансном европейском цветовом коде положительным знаком среди желтых были отмечены все золотистые тона («цвет согласия», «цвет ржи») и само золото.
Заслуживает внимания и особый характер «понимания» этого цвета в России начала XX века. Желтые тона «Мира искусств» тогда прекрасно уживались с фиолетовыми тонами модерна. Примечательно, что в основе стиля модерн лежит тезис, согласно которому форма в искусстве важнее содержания. И, как отмечает О. Савельева, источниками этой формы стали природа и женщина. Модерн – стиль женский. Действительно, еще Кандинскому желтое представлялось как поднятый до большой высоты звук фанфар (а кому же более свойственны высокие тона голоса, как не женщине?).
Именно это дает реальную интерпретацию желтой кофты Маяковского, в которой пресловутый эпатаж публики, на мой взгляд, был лишь внешним выражением чувств. По существу же это была та трансцендентность его души, которая женственностью своей ощущает гармоничность, созвучность, цельность поэтической картины мира. И Маяковский не мог не замечать чисто внешнего диссонанса – и одновременно внутренней гармонии – между мужественностью своего тела и женственностью вселенской души.
Шпенглер называл желтый цвет политеистическим, материальным, праздничным цветом жизни, популярным, в частности, у женщин. Золотисто-желтый связывается также с лучисто-интуитивной целеустремленностью или с интеллектуальным оптимизмом. Кандинский усматривал в этом цвете бессознательное стремление перешагнуть границы обособленности каждого из нас. И кто же, как не женщина, стремится к общению… Кто же, кроме женщины, все и вся материализует в нашей жизни?
Некоторые исследователи полагают, что у людей, имеющих в ауре желтый цвет, от природы прекрасные умственные способности; они доверчивы и легко учатся. А кто более интуитивен, доверчив и легко учится, женщина или мужчина? Безусловно, женщина. Не зря же «солнечное сплетение» – ипостатическая суть женщины: как Солнце вообще дает жизнь на Земле, так женщина своим «солнечным сплетением» дает ее в частности.
