– Теперь у меня нет наследника. Моя единственная дочь не сможет повести мужчин на охоту. Неизвестно, сумею ли я найти ей достойного мужа, поэтому в племени может возникнуть смута. Это наталкивает меня на мысль, что, когда меня не станет, у потомков Нездилы будет возможность прийти к власти. Стало быть, смерть моих жены и сына выгодна только дочерям Всеслава и Лады, которых я опекал как родных все эти годы. Да, это прискорбно, но я вынужден признать, что это их рук дело. Кроме того, ни для кого не секрет, что у девушек жил злой дух, который обучал младшую из них чёрной магии. Когда моя дочь с подругами собирали ягоды, они видели, как это существо показывало Забаве травы для чёрных заклятий. С духом общался и Воислав, дальний родственник сестёр. Нет сомнений в том, что он владеет тёмным колдовством. Только с помощью сил Нави двенадцатилетний мальчик мог найти Перунов цвет. Эта девушка и этот юноша опасны! Пусть ей всего семнадцать лет, а он не достиг и четырнадцати, Забава и Воислав могут натворить страшных бед! Закон велит мне мстить за жену, и я воспользуюсь этим правом! Теперь я обращаюсь к вам, о, Совет старейшин. Сёстры Забавы не заслуживают смерти, но я прошу вас изгнать их из племени. Пока они живут здесь, каждому из нас угрожает опасность! Я уверен, не только младшая сестра владеет чёрной магией. Именно Чернобог сделал Рогнеду охотницей! Человек, тем более двенадцатилетняя девочка, не может овладеть этим искусством самостоятельно, и только злой умысел может заставить женщину взять в руки лук и копьё, верно? – Произнёс Жирослав и перевёл пристальный взгляд с Ведомысла, главы совета старейшин, на знахарку, сидевшую рядом с ним.
Толпа затихла, никто не мог поверить своим ушам. Мне показалось, что мир рухнул! Первые несколько минут я просто стояла и смотрела на вождя. О, какой страшный и торжествующий был у него взгляд! Думаю, он как-то узнал о том, что Воислав выяснил тайну своего происхождения, и решил раз и на всегда устранить потенциального соперника в борьбе за власть. Сердце бешено колотилось, мысли путались! Знаешь, в экстремальных ситуациях время как будто растягивается. У тебя было такое?
–Да, в детстве. Однажды мы с сестрой сидели на мостике над канавой с водой, смотрели на мальков. Потом я нагнулась и упала в воду. Сестра сказал, что я вынырнула через пару секунд, а мне показалось, что всё длилось очень долго!
– Так вот, со мной произошло то же самое – продолжила Леля. – Мне показалось, что прошло около получаса, а Рогнеда потом сказала, что речь Жирослава длилась не более пяти минут! С вождя я перевела взгляд на сестёр – Нежка была в таком же состоянии как я, Забава разрыдалась, в её прекрасных глазах отразился неподдельный ужас. Лишь Рогнеда сохраняла хладнокровие. Её взгляд пылал праведным гневом.
В этот момент я услышала пронзительный крик Воислава: «-Ты врёшь! Люди, я, Воислав, не дальний родственник Рогнеды, Нежки, Лели и Забавы!» – На несколько секунд брат замолчал и пристально посмотрел в глаза Жирославу. Вождь оставался спокойным, а из толпы кто-то крикнул: «-Отрекаешься от родства, трус!» Воислав, которому обвинение только придало безрассудной смелости, продолжил, гордо вскинув голову: «-Я их родной брат. Я сын Лады и Всеслава, внук Нездилы, правнук Твердислава, законный вождь племени. Никогда я не позволю тебе оговаривать меня и моих сестёр, ничего не получавших от тебя кроме вреда! Хочешь пролить мою кровь?! Что ж, я готов умереть, но не раньше, чем отомщу тебе! Отомщу за всю нашу семью!» Воислав так воодушевился, что, казалось готов был сразиться с вождём! Увы, обвинения тринадцатилетнего мальчишки ни на кого не произвели впечатления. Двое приближённых вождя схватили его и оттащили в сторону. Мой брат кричал, пытался вырваться, но ему ничего не удалось.
На несколько минут воцарилась гробовая тишина. Даже те, кто во всём поддерживали вождя, не могли поверить его словам. Слишком невероятными казались обвинения против Забавы и Воислава. Молчание прервала знахарка, которая нахмурилась во время речи Жирослава.
– Вождь, я не могу верить тебе. Раз ты позволил себе переврать мои слова, слова члена Совета старейшин, твои обвинения могут быть клеветой.
Толпа испугалась. Все, затаив дыхание, слушали знахарку.
– Я предупреждала тебя и твою жену об опасности. Ты знал, что, если не принести зверя в жертву Мокоши, всё может закончится печально, но даже не переступил порог её храма!
– Глупая старуха! Я сделал всё, как ты сказала! – Крикнул Жирослав. Она ничего не ответила.
Толпа пребывала в смятении. Никто не знал, кому верить – вождю или знахарке, в племени уважали их обоих. Тогда вмешалась Рогнеда. О, как она умеет владеть собой! Её глаза пылали, руки дрожали, но голос был твёрд и спокоен:
