Почти двести лет назад, в 1816 году, красивый фрегат «Медуза», гордость Франции, с самоуверенным, но трусливым, предавшим свой экипаж капитаном Шомаре (это имя должно быть нарицательным, как Иуда, как Горбачев, как Ельцин-Путин) сел на банку (отмель) Аргуен. (Это как раз воды, где испанец бросил «яхту».) На борту «Медузы» было 400 человек, включая женщин и детей. Имеющиеся 6 шлюпок не могли взять такое количество людей. Происходит неслыханное в истории флота: капитан слагает с себя обязанности, не желая думать о спасении жертв его навигационной ошибки. (Другой французский корабль, следующий мателотом за день до трагедии, предупреждал «Медузу», что она идет очень близко к берегу.) Губернатор Сенегала, находившийся на корабле в качестве пассажира, приказал соорудить плот из мачт, рей, тросов. Когда на нем разместили пассажиров, в основном, солдат экспедиционного корпуса, плот (20x7 метров) погрузился в воду на метр — никто не догадался подвести под него пустые бочки. В шлюпки сели начальство с семьями и слугами, некоторые офицеры и бывший капитан. Солдаты, увидев, что их хотят бросить, заволновались и схватились за оружие, но губернатор успокоил их, сказав, что шлюпки будут буксировать плот. Пару дней плот в связке со шлюпками еле двигался. Затем начальство, включая бывшего капитана, посоветовавшись между собой, решило: «Каждый сам за себя и бог за всех», и ночью буксирные тросы были перерезаны. На плоту сто сорок семь мужчин и одна женщина, маркитантка бывшей наполеоновской армии, жена солдата, оставшаяся с мужем. Кроме солдат, на плоту было 30 матросов и горстка честных офицеров, отказавшихся сесть в шлюпки, так как считали своим долгом быть среди обездоленных. Позже немногие из оставшихся в живых, хирург и географ, описали в своей книге ужасы, творившиеся на плоту. «Погода была ужасная, бушующие волны захлестывали нас и порой сбивали с ног». Десять или двенадцать несчастных, которым защемило ноги между бревнами, не смогли их вытащить и скончались; некоторых унесло волнами. Женщина дважды сваливалась с плота, но ее оба раза спасали. На поверхности воды оставалась только середина плота. Там все и сгрудились, сильные давили слабых. Мертвых выбрасывали в воду. Решив, что наступил последний час, солдаты и матросы открыли бочонки с вином и напились; один из них с топором в руках пытался разрушить плот. Началась свалка, резня. Когда утром успокоилось море и успокоились люди, оказалось, что в живых их осталось около шестидесяти. Были утеряны две бочки с водой и две с вином. На борту осталась только одна бочка с вином. Опять были драки. На пятый день только тридцать мучеников были в центре плота. Люди надеялись, что начальство, спасшись на шлюпках, направит корабли на поиск. Но начальство в это время давало балы в губернаторском дворце. Через двадцать пять дней корабль «Аргус» случайно заметил плот и снял с него 15 оставшихся в живых, шесть из которых через несколько часов умерло. Также были спасены трое из семнадцати моряков, оставшихся на борту «Медузы».
Хирурга Савиньи и географа Карреара, которые опубликовали в Париже книгу о пережитом на плоту, правительство Франции отправило в тюрьму, а книгу конфисковало. Только вышедший в Англии ее перевод всколыхнул всю Европу, и капитан Шомаре наконец-то предстал перед военным трибуналом. Общественное мнение требовало смертной казни, но он получил всего три года тюрьмы; выйдя на свободу, стал государственным сборщиком налогов. Его сын, не перенеся позора, покончил с собой, но об этом отец узнал только перед смертью, в 75-летнем возрасте.
В те времена и позже бывали происшествия с еще большими жертвами, о которых мы мало знаем. Трагедия «Медузы» получила гласность благодаря картине французского художника Жерико «Плот «Медузы», которая находится в Лувре. Художник, руководствуясь рассказами очевидцев, постарался как можно правдивее изобразить живых мертвецов.
Что происходило на борту «яхты» из Кабо-Верде в течение 135-дневного дрейфа через тропическую Атлантику — можно только предполагать. Наверняка были драки и убийства, мертвых выбрасывали за борт. Но никто об этом не расскажет. Когда «яхту» пригнало к острову Барбадос, на борту нашли одиннадцать тел молодых людей, погибших, по заключению медиков, от обезвоживания[12].
Я очень рад, что именно русские моряки спасли людей. Не хочу утверждать, но предполагаю, что капитан-израильтянин и капитан-североамериканец видели «лодку», но не остановились. Не так давно мальтийское рыболовное судно, обнаружив в открытом море живых африканцев, уцепившихся за рыболовный буй (видимо, лодка утонула), не стало их спасать, а прошло мимо. И мальтийские власти не судили капитана. Я не знаю, какие нормативные документы существуют на российско-израильском флоте (который фактически продан за границу), но в советское время в Уставе Флота была статья, где говорилось, что капитан, не оказавший помощи терпящим бедствие в море людям, будет осужден.
