В бухте Prickly Bay стояло больше сотни яхт (40 % — из США). 50 лет Гренаду не тревожили ураганы, но в 2004 году залетел ураган «Ivan» (он назван не в честь русского Ивана), а в 2005 году — «Emily». «Иваном» было разбито и потоплено много яхт, остатки некоторых мы видели на отмели бухты. Плантации мускатного ореха, который составляет 90 % экспорта острова, были почти полностью уничтожены. Патетически можно было бы спросить: «За что такое наказание?» Может быть, за то, что когда у власти находилось правительство Бишопа — прогрессивного премьер-министра, марксиста, остров оккупировала армия США, а ЦРУ расстреляло Бишопа у тюремной стены.
…Гина прилетела на Гренаду вместе со своим кинооператором как раз после вторжения американцев и снимала там документальный фильм. Когда кинооператор Брайн наступил на пляже на морского ежа и в ступню вонзилась дюжина игл, то доктор из армейского госпиталя США помог вынуть эти иглы.
Гина водила меня по знакомым ей местам и рассказывала о грустной истории «мускатного» острова. Мы зашли на плантацию и среди поломанных деревьев собрали несколько орехов; один из них держим на борту как сувенир, пару использовали для приправ. Гина опубликовала в лондонской газете «Morning Star» (16.03.2006) большую статью «Grenada's return to slavery» — «Возвращение Гренады в рабство» о трагедии захваченного Америкой острова, о терроре США.
* * *
Наш путь на север до острова Мартиника был непредсказуем, как полет бабочки над водой в солнечный день. (Она летает зигзагами, и никогда не угадаешь, в какую сторону сделает очередной «галс».) Ночь провели у западной стороны острова. Утром, снимаясь с якоря, увидели, что наша якорь-цепь попала под скалу, а глубина — 6 метров, я никогда не нырял так глубоко. Два часа мы пытались освободить цепь, но только подошедшие на лодке рыбаки помогли нам: один из них нырнул и оттянул цепь. Я был щедр с ними, хотя они и не говорили о плате. Из-за потерянных двух часов мы не успевали засветло добраться до следующего «государства» Сент-Винсент и решили идти на маленький островок Carriacou с уютной бухтой. По пути туда не стали обходить подводный вулкан в позиции ср = 10°18′
На Мартинике мы провели 9 дней. Французский шарм улавливался во всем, даже в походке негритянок. Мы побывали в доме-музее Ван-Гога в двадцати километрах от города. Я посетил самую большую в мире яхту-шлюп «Mirabella V», у которой высота мачты 90 метров при длине корпуса 72 метра. Капитан-англичанин подарил мне буклет об этой супердорогой яхте и сказал, что хозяин-американец раз в год выходит на ней в море.
В Карибском море есть два острова под названием La Tortuga — «Черепаха». По своим очертаниям на карте они смотрятся, как эти рептилии. Одна Тортуга лежит к северу от Гаити. На этой «Черепахе» в XVI–XVII веках была основная база пиратов. Но мы туда не заходили на «Педроме». Когда истек полуторагодичный срок пребывания в Венесуэле, нам пришлось покинуть страну на 45 суток (такой закон), и мы отправились на Кюрасао. По пути лежало несколько островов. Первым был La Tortuga — в 60 милях от Puerto La Cruz, откуда мы начали наш вояж. Якорная стоянка в маленькой бухте была хорошо закрыта от постоянно дующего пассата, но подход к ней сложный из-за рифов, лежащих у низкого, плохо заметного издали берега. Остов одного катамарана и с полдюжины рыбацких лодок покоятся рядом с бухтой. На острове, как и везде в Карибском море, множество пеликанов. И вот тут-то нам повезло: мы увидели, как на голову пеликана, только что проглотившего рыбешку, села маленькая чайка и стала клевать его — отдай, мол, рыбу, ты большой, поймаешь еще. Мы слышали об этих чайках-разбойницах еще на острове Сент-Люсия, но увидеть своими глазами и не мечтали. Чайка маленькая, почти маевка, систематически стучала своим острым клювом по длинной голове пеликана, и мы слышали даже звуки ударов (все происходило рядом с нами). Неуклюжий пеликан ничего не мог сделать, чтобы освободиться от чайки, взлететь с ней, видимо, невозможно, и в конце концов исторг из своего желудка двух маленьких рыбок (пеликаны не ловят крупных рыб). Чайка тут же вспорхнула, схватила одну рыбку и умчалась. За ней уже увязались две подружки, надеясь отнять добычу. Мы с Гиной так увлеклись этой необычной сценой, что забыли даже о фотокамере, упустили такой шанс.
