Многочисленные книги в течение нескольких столетий делали упор на пиратов Карибского моря, где действительно формировалась европейская идеология разбоя на море. Нынешнее поколение знает о пиратах благодаря, в первую очередь, книге Стивенсона «Остров сокровищ» и другим литературным произведениям вроде романа Стейнбека «Капитан Морган», где автор пытается показать кровавого пирата джентльменом, влюбленным в красавицу-испанку из Панамы. В дни моей юности была популярной глупая песня о бригантине во флибустьерском море (стихи еврейского поэта Когана), где пелось о романтиках-пиратах, презревших грошовый уют. В жизни было все ровно до наоборот.
Первыми пиратами в Карибском море были, по сути, Колумб и его моряки. После небрежной навигации (не верьте, что был Колумб хорошим навигатором), когда флагманское судно «Санта Мария», на котором находился адмирал, ночью выскочило на рифы у острова Hispanola (Гаити), — на вахте был только один неопытный матрос — пришлось оставить часть людей в сооруженном из обломков корабля форте. Колумб уплыл в Испанию, а оставшиеся моряки, потихоньку освоившись, решили любым путем «выбить» золото у местных жителей. «Лучшим» способом была пытка. Изувечив несколько араваков (настоящее название коренных жителей Гаити) и изнасиловав многих женщин, испанцы возмутили аборигенов, и те перебили их, а форт сожгли.
Стивенсон, Стейнбек и десятки других писателей для своих сочинений использовали как основу книгу «Пираты Америки», которая была издана еще в 1678 году в Амстердаме, затем переведена на многие языки, включая русский. Автор ее, голландец А. О. Эксквемелин, врач Вест-Индийской компании, провел в Карибском море 7 лет, трижды был в рабстве, несколько лет содержался на пиратских кораблях, участвовал в знаменитом походе Генри Моргана на Панаму. Голландец показывает действительность пиратской жизни, садистскую жестокость пиратов, пытками добивавшихся выкупа. Отребье человеческое — вот кто такие пираты.
Почему Карибское море стало центром пиратского промысла, стало классикой пиратского разбоя? Только из-за золота, которое вывозилось в Испанию через Панаму и другие порты. Пираты редко нападали на корабли, в основном грабили испанские поселения. Естественно, первыми отличились в этом ремесле англичане. Обделенная природной красотой (в отличие от Марии Стюарт) королева Елизавета I, как многие некрасивые женщины, пыталась компенсировать это личным обогащением и вкладывала деньги в пиратские экспедиции, которые как бы между прочим занимались и работорговлей. Елизавета собственноручно сожгла судовые журналы Дрейка после его грабительского вояжа вокруг света. Позже главари пиратов Френсис Дрейк, Генри Морган, Вальтер Рали (Raleigh) получили рыцарский титул «Сэр». Последний, правда, был любовником королевы. Пойманный однажды спящим с одной из придворных дам, он был посажен в тюрьму, но вскоре был освобожден и отправлен во главе флотилии к берегам Венесуэлы. Ограбив многие города, Рали вернулся в Англию, но вскоре новый король Яков I (James I — сын Марии Стюарт) приговорил его к смерти якобы за предательство. Отсидев в Тауэре 3 года в ожидании казни, Рали снова был отправлен на поиск золота в устье реки Ориноко. Экспедиция не имела успеха: вместо золота в Лондон привезли только табак. И король привел в исполнение первоначальный приговор: Рали был обезглавлен.
Были в карибских водах позже и французские, и голландские, и других мастей пираты, но наиболее жестокими, безусловно, остались Дрейк и Морган. И как бы в назидание потомству Дрейк умер в собственном дерьме от дизентерии и был брошен за борт недалеко от Панамы. Сейчас патриоты-англичане носятся с проектом поиска его скелета. Морган, обрюзгший, толстый, как боров, умер на Ямайке. Вскоре землетрясение уничтожило кладбище, где он был похоронен (ушел под воду весь город Port Royal).
Но все это — «преданья старины глубокой». Вернемся в наши дни.
Дул легкий норд-ост. Шкот кливера обтянут до предела, и 42-футовый «Redboy» медленно, но уверенно шел курсом 90°. Домой, в родную Бразилию. Случившееся пять месяцев назад несчастье с поломкой мачты заставило Atila Bohm долго простоять на стапелях верфи на острове Маргарита (Венесуэла).
Непросто возвращаться отсюда в Рио-де-Жанейро. Почти 2 тысячи миль от острова Тринидад до порта Натал нужно идти против ветра, порой довольно свежего, и против встречного течения (в некоторых местах — до четырех узлов). Поэтому многие яхты предпочитают более длинный, но не такой трудный путь: Бермуды — Азоры — Канары — Кабо-Верде — остров Фернандо-да-Наронья, а это уже Бразилия. Но Atila Bohm, известный бразильский яхтсмен, публицист и наш друг, был опытным мореплавателем, имевшим практику плаванья вдоль
Рано утром он со своим помощником вышел из марины Chacachacare. Под машиной и двумя парусами яхта бежала со скоростью 5–6 узлов.
