Ведь ты хренов мудак, каких свет не видел! Да она видит во мне монстра, но по-другому никак. Лишь в жестокости кроется власть.
***
Нервно покусывая ногти, Ник дрожал у высокого забора, закутавшись в тёплую зимнюю куртку, в попытках скрыться от промозглого мартовского ветра. Глаза парня нервно бегают по двору, а мысли наверняка только о предстоящей встрече с покупателем, как и у меня.
Да и мне нервозно. Столько лет прошло, столько сделок, а все дрожу, как осиновый лист при виде сурового мужчины с оравой телохранителей. «Оформление» покупки значительно усложнилось после ухода Гарри из кампании. Расчетами всегда занимался он, как человек с экономическим высшим образованием. Порой, даже мне его не хватает, несмотря на всю эту ситуацию с Изабеллой. Удивительно, что одна незнакомая девушка разрушила такие крепкие узы. Мы были братьями. Не по крови, но ментально.
Из мыслей выдергивает нервный голос Ника:
— Они идут, — констатирует парень, шмыгнув красным носом. Его повело к воротам. Ник замер в ожидании покупателей.
Уже через секунду автоматические ворота открылись, позволив массивному автомобилю заехать во двор. Тонированные окна, нарочито скрывающие пассажира, особенно настораживают, но я успокаиваюсь, когда замечаю одобрительный кивок Ника, что добросовестно открыл дверь пассажиру. Через секунду взору явился высокий деловитый мужчина лет сорока, с серой бородкой, острым носом и сощуренными глазами, что совершенно не внушают доверия. Сердце делает оборот в сто восемьдесят градусов, когда он вальяжно подходит, оказываясь в опасной близости. Мужчина протягивает руку, которую я пожимаю, больно прикусив щеку. Столько раз встречался с покупателями, а страх все остался. Каждый раз словно в первый. Вижу миллионы цветов глаз, но в каждом эти карие флюиды отца.
— Ты сделаешь это, иначе можешь считаться сиротой.
— У меня есть мать! — выкрикиваю, тяжело ударив по письменному столу кулаком.
Джаавад расплывается в довольной ухмылке, он словно не моргает, настолько пристально глядят его глаза.
— У тебя нет матери, Зейн. У тебя есть только я.
Только я. Только он.
Эти мысли заставляют взять себя в руки, вспомнить, кто я есть на самом деле и зачем занимаюсь этим.
— Добрый вечер, — выдавливаю спокойным тоном, стараясь утихомириться внутри.
Мужчина улыбается в ответ, заинтересованный долгожданной встречей. Отвечает тем же, пожав руку. После простых жестов приветствия мы отправляемся в дом. А я все под действием воспоминаний из прошлого, которые ни на миг не отпустят разум. Хочется вырваться, потому что жизнь в коконе — это несовершенная бабочка. Где моя метаморфоза? Какого черта жизнь ставит подножки?
Снова вдох.
Концентрироваться меня научил отец. Этого всегда не хватало Гарри. Его ядерный характер часто подводил нас. Закидоны кудрявого сроду принципам Беллы, неудивительно, что они влюбились. Неудивительно, что она все ещё ждёт его. А догадывается ли девушка, что он жив? Или так откровенно верит моим словам? Если это так, то я эгоистичный, но самый искусный врун.
Поэтому собираюсь врать и новому покупателю. Приглашаю присесть на диван, попросив телохранителей дождаться за дверью.
— Вы понимаете, что придётся заплатить немного больше, чем мы договаривались, — пожимаю плечами, заинтересовано наблюдая за реакцией мужчины.
Но ожидаемой агрессивной реакции не получаю, что мгновенно настораживает, заставляя вжаться в кресло всем весом.
— Понимаю. Я осведомлён, каким образом вы, Зейн Малик, зарабатываете на эти хоромы, — покупатель оглядывает дом, как бы намекая на сумму, что таится на моем банковском счету.
— Признателен вашей искренности, — отвечаю, ухмыльнувшись. — Тогда нам остаётся лишь заполнить некоторые бумаги и распрощаемся с вами на хорошей ноте.
— А вы не хотите объяснить мне, почему я обязан платить?
— Иначе я сдам вас полиции.
Мужчина даже глазом не ведёт, лишь улыбается в ответ, покачивая головой из стороны в сторону.
— А вы уверены, что я обязан?
— Вы ничем не отличаетесь от остальных покупателей, сэр, — сердце разгоняется, отбивая бешеную чечетку. Такое ощущение, словно он что-то знает.
— Тогда я предлагаю нам поговорить, — светлые глаза встречаются с моими, заставив холодок пробежаться по всему телу. Взгляд мужчины падает на высокую фигуру Ника позади меня. — Наедине.
Гулко сглатываю, оборачиваясь к парню лицом. Он озадаченно смотрит на меня сверху, пытаясь понять, как поступить. Такое бывает редко — когда покупатели «шалят».
— Ник, оставь нас, — заключаю, еле заметно кивнув парню. — Все под контролем, — губами имитирую слова, заставив парня полностью расслабиться.
Через секунду простыл его след.
Оборачиваюсь обратно, плотно сжав пистолет в руках. Он всегда хранится под столом, в случае непредвиденных ситуаций, вроде этой. Но каково мое удивление, когда я понимаю, что мужчина вскочил со своего места и направляет такое же оружие в мою сторону, при этом сохранив смазливую ухмылку на морщинистом лице.
— Будем в гляделки играть или позовём секунданта?
Комментарий к Глава XII: Гордость.