Что думаете о главе, ибо писала я ее две недели.
Из новостей: совсем скоро сдаю очень важный проект, над которым работала целый год. Страшно, аж коленки трясутся. Так вот сдача в двадцатых числах, поэтому после - ждите от меня обновлений)
И ещё одна личная просьба: оставляйте отзывы. Не нужны километровые параграфы, простого «жду продолжения», будет достаточно. Порадуйте активом, ребят))
Всем продуктивной недели!
Sincerely, melancholic lady.
========== Глава XV: Слушатель. ==========
POV Изабелла Кляйн.
Спустя столько времени. Три месяца. Девяносто чертовых дней без воздуха. Без Гарри.
Без объятий.
Без пленяющих глаз.
Без тепла его тела.
И вот: он снова сжимает меня в своих руках, заставляя надеяться, что никогда не отпустит. Что я всегда буду маленькой девочкой рядом с ним. Его компания заставляет чувствовать себя в безопасности, как когда-то с отцом. В глазах читается забота. Последние месяцы ее так не хватало. Особенно, когда в очередной раз я получала побои от не самого вежливого сожителя.
Перевожу взгляд на парня, замечая, как дрогнут розовые пухлые губы.
— Не верю своим глазам… — шепчет Гарри, замерев. Стеклянные глаза с опаской глядят, а пальцы глубоко впиваются в ледяную кожу, словно убеждаясь, что я реальна.
— Гарри! — разум накрывает волной безумия. Внутри зарождается до этого неизвестное чувство бесконечной радости, сменяя тлеющую тоску.
Не могу удержаться, прикладываю ладонь к фарфоровой коже парня, что кажется безумно тонкой. Темно-синие мешки под глазами свидетельствуют о недостатке сна; Гарри выглядит очень уставшим, что безумно расстраивает и настораживает.
Но, несмотря на это, глаза горят, они впиваются в мои. Не могу поверить, что вижу их. Что он жив. Что Зейн не трогал его. Что он невредим. Что я могу ощущать его горячее дыхание, согревающее кожу. Мою все время ледяную кожу, что словно вековой лёд, плотным слоем накрывший меня всю. Он разломил его за считанные секунды, заставив абсолютно потерять над собой контроль.
Продолжаю молча в абсолютном ступоре смотреть на Гарри, что стоит в метре. Он также, как и я, - потерян. Наши глаза, руки, легкие телодвижения выдают неуверенность и страх. Немудрено, ведь мы не виделись несколько месяцев. Я была уверена, что он канул в лету, что я больше не увижу изумрудных глаз, не почувствую сладкий вкус пухлых губ.
Но сейчас он дышит напротив, видно, ощущая абсолютно то же самое. Наша сохранённая любовь сильнее, пожалуй, любых обстоятельств.
— Ущипни меня, это правда? — через минуту произносит парень, наконец разрушив молчание. На мягкой коже лица мгновенно проявляются глубокие ямочки, когда губы украшает счастливая улыбка. Эмоции захватывают, улыбаюсь в ответ, хихикнув.
Делаю шаг навстречу, чтобы обнять его. Оказываясь в родных, нужных объятьях, позволяю эмоциям взять верх, выпустив слёзы. Тело начиняет трясти от плача навзрыд. Окатывает ощущение, словно я вновь лежу на сыром полу, надо мной висит тусклая лампочка, а серые стены подвала давят со всех сторон. Где-то недалеко кричит Зейн, всего в двух шагах извивается ненормальная девушка, а за многочисленными железными дверьми тихо молятся заложницы.
И вдруг горячая рука ложится на спину, будто прожигая тонкую ткань больничного халата. Такое простое движение заставляет наконец расслабиться в уверенных и сильных руках, стирая пугающие образы прошедшей жизни. Утыкаюсь носом в приятный кардиган, вдыхая запах мяты, все больше и больше расслабляясь, млею рядом с Гарри. Позволяю пальцам вторгнуться в мои волосы, практически издавая стон от удовольствия.
Страх.
Его нет.
Гарри Стайлс стирает грань – мост между тараканами в моей голове и здравым смыслом, наполняя эту границу страстью. Мне уже не страшно. Словно в его руках все фобии уходят на второй план. Нет…
Они буквально исчезают! Сильные руки и зелёные глаза — отдельный мир, где не существуют ужасы, где нет тирана Зейна, где нет смерти, где нет тоски.
Идеальный мир, утопия с устойчивыми законами, где их придумываем мы.
— Ты скучала по мне? — шепчет Гарри. Не вижу его глаз, потому что стараюсь успокоиться, восстанавливая дыхание.
Ему не нужен ответ на вопрос. Он знает, потому что чувствует притяжение. Родные руки поглаживают по спине, от чего табун мурашек снова и снова пробегается по коже.
Я столько раз продумывала сценарии нашей встречи, но никак не ожидала, что это всё-таки произойдёт. Зейн врал мне; нагло обманывал об очень серьёзных вещах, напрочь взбудоражив мои мысли. Смотрю в изумрудные глаза, ощущая, словно обманула его, словно надругалась над чувствами, которые мы разделяли. И это душит меня. Душат воспоминания о поцелуях, что я оставляла на разгоряченной шее Зейна.
Зейн пробуждает во мне монстра, с которым до этого я была не знакома.
Рука Зейна ложится на мою щеку. Я стараюсь равномерно дышать. В звенящей тишине комнаты слышно лишь наши тяжелые вздохи, слышно, как громко бьется мое сердце, ударяясь о стенки.
Лицо Зейна оказывается в опасной близости ко мне, когда он касается меня губами.
— Как… как твои дела? — кудрявый выдёргивает из мыслей, заставив покраснеть.