— Так это вы преследовали меня всю дорогу? ― Карлсон промокнул лоб бумажной салфеткой. ― А я думал, они. Да проходите, не стесняйтесь.
По лицу Эдика я поняла, что он больше не ревнует. Хотя, идя сзади, он всё ж умудрился погладить мой округлый зад, напоминая, кто является хозяином, в том числе и пятой точки.
Мы сидели в просторной кухне и пили чай с вареньем.
— Вот, угощайтесь. Это из облепихи, а это из вишни. Мама варила.
Эдик поморщился. Сладкое он не любил, но, чтобы не обидеть милого толстячка, проглотил пару ложек.
— Ты, малышка, кушай. Если понравится, я тебе и с собой дам. У меня этого добра валом.
— Ладно, Карлсон, рассказывай, от кого ты удирал?
Андрей съёжился.
— Ой, Алька, лучше и не спрашивай. Тут месяц назад гости ко мне пожаловали, незваные. Очень они работой Леонида Михайловича интересовались. А я что? Я про эту работу ничего и не слышал. Когда он тему разрабатывал, пацаном был, в школе учился. Те гады вроде ушли, но я чувствовал, что следить за мной стали.
— Поэтому дал задание Василию никого к себе не пускать?
— Ага. Знаешь, Алька, мне кажется, они были в лаборатории, в компе моём копались.
— Это паранойя, Карлсон. Ты должен с ней справиться.
Я не хотела пугать мнительного сладкоежку ещё больше. Пусть думает, что всё закончилось.
— Я вот что тебя искала. Отец написал, что фотки какие-то тебе выслал. Покажешь?
Андрей широко улыбнулся.
— Ах да. У меня специальная программа в ноуте стоит. Это наши фишечки с профессором Темниковым. Иногда обмениваемся с твоим батюшкой научной информацией. Взломать программу невозможно даже опытному хакеру. Но, понимаешь, и скачать оттуда что-либо не получится. Как я тебе фотки перекину?
Я занервничала. Вот где было спрятано хранилище секретных файлов.
— Не надо скачивать. Просто покажи.
С несвойственной для комплекции быстротой Андрюша смотался на второй этаж и вернулся с огромным ноутбуком.
— Любуйся, малышка.
Я прилипла к монитору. Старые фотографии. Такие были в нашем семейном альбоме. Вот мама у операционного стола. Вот набор хирургических инструментов. Кажется, эти фотокарточки она делала, когда сдавала квалификационный экзамен на категорию. Вот я держу двумя руками огромного волка, точную копию героя мультика «Ну, погоди!». А что это? Я сплю, подложив обе руки под пухлую щёчку, а папа, наклонившись надо мной, поёт. Я словно слышала голос отца, который лился сквозь годы, шёл из далёкого солнечного детства.
— Баю-баюшки-баю,
Не ложися на краю!
Придёт серенький волчок
И ухватит за бочок,
И утащит во лесок
Под ракитовый кусток.
Ты, волчок, не приходи
И Алёнку не буди.
Эдик пожал плечами.
— Не понимаю, что значат эти фотографии.
— А я очень хорошо понимаю. Поехали.
Чмокнув профессора в пухлую щёчку, я побежала к выходу, увлекая за собой Эдварда.
— Стой, малышка! Как я смогу связаться с тобой?
Я резко остановилась и зло посмотрела на Эдика.
— А никак. Телефон мой конфисковали.
Змей сузил зрачки.
— Записывай, Андрей, мой номер. Если будет что важное, скажи: «Щёлк». Я включу помехи, и нас никто не сможет подслушать.
Карлсон усмехнулся.
— Запомню. У меня объём памяти круче, чем у компа.
Мы вылетели на улицу и погрузились в машину.
— Куда?
— Домой, и быстро.
Джип пересёк город и выехал на трассу.
— Колись, что всё это значит?
Я загадочно улыбнулась.
— Сначала хочу всё сама проверить. Руку с коленки убрал!
— Ещё чего. Хочу на коленку положу, а захочу…
Огромная ладонь поползла по бедру, приподнимая юбку.
— Ты можешь думать о чём-то кроме секса?
— Рядом с тобой нет. Я хочу тебя постоянно, принцесса.
К своему ужасу я начала возбуждаться. Даже не знаю, что больше действовало на психику: слишком откровенные слова, лёгкие прикосновения или ожидание того, что случится.
— Принц! Пожалуйста, дождись вечера. Обещаю, что ты получишь бонус. Только не рассредотачивай меня сейчас.
Услышав про бонус, Эдик воодушевился.
— Я смогу выбрать?
— Всё, что пожелаешь.
Рука легла на руль.
— Я знаю, чего хочу, принцесса. Озвучу тебе после десятого оргазма.
Я только подкатила глаза.
Эдик явно хотел побыстрее начать вечер и получить свой приз. Мы мчались с нереальной скоростью по трассе, сбавив темп только в родном городе.
— Куда теперь?
Я чувствовала себя прекрасно в роли штурмана.
— Направо, через перекрёсток налево, а потоп только прямо.
Через пятнадцать минут мы уже подъезжали к гаражу. Порывшись в рюкзачке, я вынула связку ключей и отомкнула висячий замок. «Калина» стояла на своём месте, печально и одиноко. Я пообещала, что, когда всё это закончится, отремонтирую машину и найму инструктором Кешу, если он согласится. Ой, если на это согласится Эдик.
Змей стоял у входа, сложив руки на груди.
— Ну, я жду.
Перебравшись в другой конец небольшого помещения, я стала скидывать с полок картонные коробки, пока не нашла то, что искала. Отодрав скотч, я явила на свет некогда любимую игрушку. Отец привёз огромного плюшевого зверя из Москвы. Таких тут не было. Прижав её к себе, я чхнула и… разорвала красные нитки на пузе.
— Всё сходится. ― В моих руках лежала пробирка с белым порошком. ― Поехали отсюда.
Засунув волка в коробку, мы помчались на базу.
