– Макс попросил…
– И чё? С крыши броситься попросит – прыгнешь? Честно скажи, сюжет искал для киношки своей сраной? Своя жизнь слишком тухлая, решил чужое дерьмо подсмотреть? Ты же абсолютно пустой!
После этих слов я на него набросился. Поначалу он даже не сопротивлялся. Как я уже говорил, у меня патологическая неспособность сжимать руки в кулак. Мои удары больше походили на поиски самого спелого арбуза на рынке, чем на выкрутасы Киану Ривза в «Матрице». У Дениса сдали нервы. Он дал мне по морде. Не сильно, но достаточно, чтобы я рухнул на пол и ударился копчиком.
– Петушиться надо было во время налета, а сейчас какой смысл? – съязвила Алиса.
– Да иди ты тоже на хрен! – Денис пришел в себя и хотел отыграться после унижения. – Хуеву тучу раз говорил, давай уберем лоток из коридора и поставим в квартире! Нет, видите ли, воняет! А люди как живут?
– Ну раз ты привык жить в говне, то окей!
– Да причем тут это? Мы стафф дома храним! Нельзя дверь открытой оставлять!
– Да я, что ли, шмалью торгую? Ты сам в это влез – твои проблемы!
У меня разболелась голова. Денис прав, я хотел поцеловаться с реальностью, и она действительно оказалась горькой. Это нельзя назвать взрослением. Взросление – это когда бежишь заваривать чай с медом, едва почуяв боль в горле: боишься простудиться и пропустить работу. Я остался сидеть на полу, уперевшись спиной в диван. Алиса протянула мне сигарету.
Денис в который раз попытался позвонить Максу, но тот по-прежнему не брал трубку.
– Да говорю тебе, он кидала. Если бы его мусора схватили, он бы тотчас связался с этим мудаком.
– А вдруг у него телефон отобрали? – Денис не хотел верить в предательство Макса. – Надо его найти. Ты, – Денис ткнул в меня пальцем, – идешь со мной.
Вход во двор был огорожен высокими чугунными воротами с лубочным псевдоисторическим декором. Из-за решетки на нас глядел усатый охранник в синеватом хаки. На спине у него красовалась разноцветная надпись – что-то на букву «в»: то ли «Варяг», то ли «Витязь». Охранник поприветствовал Дениса как старого знакомого и пропустил нас на территорию жилого комплекса.
Вокруг башни порхала стая голубей. На фоне серого неба они смотрелись весьма зловеще. Денис подбежал к входной двери и быстро набрал код от домофона. Мы очутились в лифте. Денис посмотрел в зеркало. Вид у него был потрепанный: синяки под глазами, волосы торчали в разные стороны. Не помогла и заколка, которую он впервые напялил с тех пор, как вернулся из Англии. Впрочем, мой внешний вид тоже нельзя было назвать образцовым. Мое худи несло отпечаток всех несчастий, которые обрушились на наши головы за последние три дня.
Дверь квартиры Макса была распахнута. Мы на цыпочках пробрались внутрь и услышали голоса – мужской и женский. Мужчина задавал вопросы, женщина пыталась отвечать. Она ничего не знала о местонахождении сына и говорила, что совсем недавно вернулась из-за границы. Денис знаком показал, что нам лучше уйти. Мы забежали обратно в лифт и стали поочередно тыкать на кнопки первого этажа и закрытия двери.
– Это серьезно, – сказал я, чтобы что-то сказать.
Мы направились к ближайшему воркауту. Денис зачем-то стал подтягиваться. Всего пять раз. Затем он направился к другому тренажеру. И так несколько раз. Я терпеливо ждал, оперевшись о брусья. Стояла духота, с резинового покрытия поднимался еле заметный пар. Денис закончил упражнения. Он лег на стоявшую неподалеку скамейку и закурил.
– Я ему морду набью, вот увидишь, – сказал он.
– Максу?
– Нет, дурень. Кириллу. – Денис затянулся. – Макса мы уже не найдем. Алиса права, он нас кинул. А может, грохнул кто. Такое тоже бывает.
– А что там Алиса говорила? Типа он якобы с кем-то по телефону базарил…
– Марат, знаешь, чего я никогда не понимал? Как ты можешь проглатывать по сто фильмов и книг в день и задавать столько тупых вопросов? – Он по-прежнему злился на меня. – Алиса выдумала эту историю, чтобы Кирилл и его петушки съебались с хаты. K Shot любит, когда миньоны сами исправляют ошибки. Сам говорил. Мы попросту выиграли время.
– Тебе с ней повезло.
Денис ничего не ответил. На площадку пришла группа качков с голым торсом и стала показывать трюки на перекладине. Они притащили миниатюрную колонку, из которой играл хип-хоп.
– Безвкусная хрень, – сказал Денис. – Чувак, который сейчас читает, из Wasted Gang. Ты его видел, он с нами в покер играл. Долбоеб продал отцовский шиномонтаж в Саратове, чтобы перебраться в Москву. Он только недавно познакомился с Кириллом и записал эту хуету.
Я прислушался к словам. Парень уверял, что с четырнадцати лет «трахал сук», «рубил котлету» и успел отсидеть по народной статье.
– И да, и нет, – рассказывал Денис. – Мусора схватили его, когда ему было пятнадцать. Вовремя подсуетился, стал сотрудничать со следствием и сдал сообщников. Рассказывал по пьяни.
– А мы-то что будем делать?
– Уедем. Куда-нибудь, где не нужна виза. Я бы в Крас вернулся, но отец хотел, чтобы я стал человеком. Как видишь, пока не очень получается.
Я рассказал про приглашение Сеймура.
