Где-то надо переночевать. Тула рассказывала, что в городе есть дом, в котором можно найти ночлег за определенную плату. Пересчитала свою казну, насколько хватит.
На дороге раздался шум. Какая-то пара, впереди молодая женщина, явно на сносях, а за ней что козлик вприпрыжку кругленький добродушный мужчина, о чем-то умоляя ее, направлялись прямо на Нору. За ними следом ехала карета.
– Вирена, радость моя, тебе в твоем положении нельзя волноваться. Мы найдем другую служанку, еще проворнее прежней! Ну, откуда я мог знать, что она сбежит с этим негодяем? Не прогонял ее, Богом клянусь. Погоди, не сердись, любовь моя.
Молодая особа недовольно отмахивалась от мужа и решительно продолжала почти бегом свой ход.
– Ну, где я тебе сейчас найду горничную? Идем домой, дорогая, завтра все решим.
– Вот, – бесцеремонно тыкнула пальцем в Нору, – я хочу эту.
– Но ты же не знаешь ее совсем, может это воровка какая-то, – взмолился муж.
– А я хочу эту, – женщина остановилась напротив, бесцеремонно разглядывая незнакомку. Нора растерянно поднялась, с удивлением глядя на странную парочку.
– Душа моя, она же брюхатая, обрати внимание на ее живот, – внимательный взгляд мужа сразу заметил то, что деревенским в голову не могло прийти, уповая на честность Норы. – Какая из нее работница? Да и бледная какая-то, нездоровая. Зачем нам больные слуги?
Женщина вначале приумолкла, поняв, что муж прав, но потом затопала сердито ножками в красивых сафьяновых сапожках.
– Ну и что, будет кормилицей и нянькой нашего маленького.
– О, боже, посмотри на нее, от одного взгляда кисло становится на душе, – не сдавался мужчина.
– Тем лучше, не будет соблазнять хозяина, и водить к себе, как прежняя, кого ни попадя. Может, работать будет.
– Ты только что уверяла, что та была хорошей служанкой.
– Ну и что, что говорила. Пришло в голову, и говорила. Тебе надо беспокоиться обо мне и нашем маленьком, вот и думай, а я устала, спать хочу.
Вирена обиженно повернулась и пошла к карете. Муж бросился к Норе, и, умоляюще сложив руки, стал просить ехать вместе с ними.
– Женщина, вам, верно, все равно ночевать негде, побудьте пока у нас, а там видно будет. Утром, может, и передумает моя жена, уйдете, куда хотите.
Нора вначале наотрез хотела отказаться от такого приглашения, но, смекнув, что ночевать и в самом деле негде, а мужчина видать не злой, хотя и под каблуком у своей капризной жены. Может, и в самом деле завтра все расставит на свои места.
Так, совершенно случайно, наша героиня оказалась в большом, уютном и богато обставленном доме, где уже с утра начала свой первый рабочий день, помогая одеваться, причесываться ворчливой хозяйке. Руки ее были нежными и ласковыми, движения ловкими, умелыми и молодая женщина осталась довольна новой служанкой.
И потом Вирена все больше привязывалась к новоиспеченной горничной, ей интересно видеть беременную возле себя, наблюдать за переменами в ее облике, изменениями в ее поведении.
Вскоре лицо служанки покрылось темными бурыми пятнами, особенно подбородок и щеки. Руки и ноги распухли, стали крупными и отекшими. Живот торчал большой и острый. Ей все труднее стало управляться с домашними обязанностями, особенно там, где приходилось нагибаться. Вирена оставалась такой же свежей и пригожей, только животик рос, округлялся постепенно, делая ее, еще привлекательнее в таком положении. Она каждый раз повторяла мужу, что простолюдинки даже беременные безобразные. Не проходило и дня, чтобы Нора не выслушивала упреки от хозяйки в неумении и нежелании выполнять свое дело быстро и добротно, а работать с каждым днем было все труднее и труднее. Глядя на себя со стороны, бедная женщина понимала, что положение крайне тяжелое, хотя и благодарила Бога за то, что случайно оказалась в этом доме; где бы сейчас была и что бы делала. Денег хватило бы только на первое время, а так и жилье, какое-никакое, и питанием обеспечена. А работа? Она привыкла к ней еще дома. Осенью на поле и в огороде приходилось трудиться с раннего утра до позднего вечера, не разгибая спины. Правда, отец с матерью всегда старались облегчить участь дочери.
* * *
Вирена только в одном чувствовала себя ущемленной, ей не в чем было ходить, одежда была мала.
А тут в княжеском дворце в честь именин великой княгини случается праздник, на который приглашена вся элита города и, конечно, они с мужем. Чтобы не уронить аристократического достоинства и доказать, что не лыком шиты, а продолжатели благородного состоятельного рода, и что в казне семейной немало накоплено про запас, платье заказали у самой модной и дорогой портнихи.
И когда оно было готово, сошлись завидущие подруги, полюбоваться восхитительным нарядом. Гостеприимная и веселая хозяйка болтала без умолку, рассказывая, как они с мужем подбирали подарок великой княгине и какое золотое сердце у их первой дамы, и что она почти каждый день интересуется ее, Вирены, здоровьем.
