Так начинался официальный некролог Сидни Коршака, появившийся в газете «Нью-Йорк таймс» в 1996 году. «То, что Коршак так ни разу и не предстал перед судом, несмотря на неоднократные попытки прокуратуры собрать на него компромат, удвоило его славу, — сообщалось далее. — А поскольку мало кто сомневался, что он действительно совершил все те преступления, в которых власти не сумели его уличить, ведущие голливудские продюсеры, руководители крупнейших компаний и политики считали Коршака „неприкасаемым“ и искали с ним дружбы».
За тридцать лет до появления этого некролога Морти Холл неожиданно заявил, что они с Дианой из принципа не пошли бы ни на одну из многочисленных вечеринок, устраиваемых Сидни Коршаком, даже если бы он их лично туда пригласил.
Я помню, как однажды вечером, за ужином, Морти и Диана яростно с кем-то спорили по этому сугубо гипотетическому поводу.
Морти, и Диана, и их яростный спор за ужином о том, может ли приличный человек появляться на вечеринках, устраиваемых Сидни Коршаком, очевидно, и есть одно из тех «прекрасных воспоминаний», которые, как считается, должны меня утешать.
Недавно я увидела Диану в старой рекламе. Наткнулась случайно — такая архаика частенько попадает на сайт
Мне почему-то приходит на ум, что в этой рекламе Диана совсем не похожа на человека, который счел бы для себя неприличным появляться на вечеринках, устраиваемых Сидни Коршаком.
Потом почему-то думаю, что сегодня ни один из тех, кто просматривает этот ролик на
Время идет.
Дианы давно нет. Она умерла в 1971 году в возрасте сорока четырех лет от кровоизлияния в мозг.
Потеряла сознание после примерки костюма, в котором через несколько дней должна была выйти на съемочную площадку вместе с Тьюзди Уэлд и Энтони Перкинсоном в фильме «Играй как по-писаному»[26] по нашему с Джоном сценарию; роль в итоге сыграла Тэмми Граймс. Последний раз я видела Диану в реанимационном отделении больницы «Кедры Синая» в Лос-Анджелесе. Приехала туда вместе с Ленни. В следующий раз мы с Ленни оказались в этом отделении вместе, когда туда доставили Доминик — дочь Дианы и Ника; ее задушили на пороге собственного дома в Голливуде. «Вид у нее еще хуже, чем был у Дианы», — вырвалось у Ленни при виде Доминик. От неожиданности она даже вскрикнула. Я знала, что Ленни хотела сказать другое. Ленни хотела сказать, что Диану не спасли. Ленни хотела сказать, что Доминик не спасут. Я и сама это понимала (поняла в тот момент, когда нам домой позвонили из полиции), но не хотела, чтобы кто-то произнес это вслух. Несколько месяцев назад в Нью-Йорке я столкнулась на улице с одной из дочерей Дианы. Мы зашли в ближайший ресторанчик перекусить. Дочь Дианы вспомнила, что в последний раз мы виделись еще при жизни Дианы здесь, в Нью-Йорке, когда я привела к ней Кинтану поиграть с ее девочками. Мы пообещали друг другу, что будем перезваниваться. По дороге домой я вдруг поняла, что очень многих видела в последний раз в реанимационном отделении.
Экклезиаст, да, но у меня в голове в первую очередь звучат
Вижу Кинтану-Роо, сидящую на голых паркетных досках в нашем доме на Франклин-авеню или на глазурованной терракотовой плитке в нашем доме в Малибу перед кассетным магнитофоном «Стерео-8», из которого несется песня
Песни
