— Обычно юнгами на корабли идут либо беспризорники, которых нигде никто не ждет, либо смельчаки, мечтающие о вольной жизни. Остальные после двух-трехплаваний, не выдержав, заканчивают со своей морской жизнью. Но ты не похож ни на того, ни на другого. Ты домашний. Поэтому мой тебе совет, подумай еще раз, хочешь ли ты связать свою жизнь с флотом, чтобы не терпеть мучения по напрасному.
— Не хочу, — проворчал Джейк в ответ. — Я согласился только на одно плавание по просьбе дяди.
Лорд, сморщив лоб, замолчал, о чем-то задумавшись.
— На время этого плавания, ты можешь стать моим помощником, — Лорд усмехнулся: — Ни Феликс, ни кто-то другой не решится тронуть «ученика» Чернокнижника. Но и твоя морская карьера на этом закончится раз и навсегда. На этом корабле тебя не оставят, да и на другие не возьмут. Слухи быстро расходятся. Народ моряки суеверный, для них я вестник неудач.
Джейк радостно закивал головой, почувствовав внутренне облегчение, и как у него от этого просыпается чувство голода. Его сидение в трюме отменяется, ему больше не придется терпеть издевательства Феликса. Радостно подумал мальчик, чувствуя, как урчит его голодный желудок. Если на флоте кого-то и кормили, то точно ни подопечных Феликса.
— Да ты должно быть ничего не ел? — проворчал Лорд, обращаясь к мальчику.
Джейк кивнул головой.
Лорд вздохнув, вытащил из лежащей на полу сумки, лепешку, испускающую терпкий незнакомый мальчику запах.
— Спасибо, — ответил Джейк, беря предложенную ему лепешку, от запаха которой драло глаза.
— Не бойся, не отравлено, — усмехнулся Лорд, Карнео Канцута, — лучшая специя из когда-либо придуманных ройзсцами…
Но мальчик, начав жевать, уже не слушал его.
Слухи на корабле расходились быстро, и теперь, повстречав Джейка, матросы также молча опускали глаза, а затем шептали ему в след гадости.
Первый раз, столкнувшись с Феликсом, Джейк испуганно замер, но Феликс лишь бросив полный ненависти взгляд, прошел мимо, а затем зло прошептал мальчику в след:
-А ты оказался даже более мерзким подонком, чем я думал, Толстый.
— Дядя, — крикнул Джейк, входя в первый раз после сделки с Лордом в каюту Бернарда.
Бернард в каюте был не один. Усевшись за столиком с Чернобородым матросом, они во что-то увлеченно играли. Заметив племянника, Бернард отвлекся от игры, проворчав:
— Вот взял, называется, племянника на корабль, думал, человек из него вырастет. Тьфу, — Бернард сплюнул. — А он вместо этого душу дьяволу продал. Вот тебе и его сучья благодарность. Еще потомок древних энносов называется.
— Все мы тут, кто потомок древних энносов, кто ройзсцев, кто иннатцев, кто каких баек наслушался. А по существу просто свора беспризорников, бродяг, да искателей приключений, — захохотав, так что затряслись стены каюты, ответил Чернобородый.
Бернард, повернул голову, все-таки удостоил мальчика взглядом:
-Морской волк тебе дядя, — зло процедил он.
И Джейк был вынужден уйти из каюты.
Мальчик монотонно подклеивал пострадавшие от старости книги в каюте Лорда. В то время как сам Лорд, усевшись в углу на матрасе, что-то увлеченно писал тем же теми же неизвестными крючковатыми буквами.
— И тебе никогда не бывает любопытно, что таят таинственные знаки книг Чернокнижника? — подняв глаза, бросив Лорд.
— Меньше знаешь — крепче спишь, — проворчал Джейк в ответ.
Ему было все равно. Он знал главное, в каюте Лорда было безопасно. И скоро он вернется домой, навсегда забыв про это странствие.
Мальчик бросил взгляд на одетые в меховые перчатки руки лорда, которые тот не снимал даже во время сна. Но Лорд, сделал вид, что не замечает этого заинтересованного взгляда.
На палубе послышался шум и гомон пьяных голосов матросов. И мальчик вышел взглянуть, что происходит.
Посреди палубы стоял в хлам пьяный Бернард с взъерошенными, как гребень петуха, светлыми волосами. В то время как другие не менее пьяные матросы кидали ему блестящие в вечернем полумраке драхмы.
-А я говорю вам, что на воде я не умру, — расхохотавшись, кричал заплетающимся языком Бернард. — Морская клятва, ик, вещь. Покрепче всякого будет. Обет перед покойным братом меня бережет. Сыну его я помог, другого так вообще на корабль взял. Кто мог представить, что он окажется такой гнидой? Клятва спасла один раз, спасет и в другой! Смерть на воде мне нипочем!
-Так, может быть, ты теперь вообще не умрешь? — захохотал кто-то из матросов.
— Умру, но точно не на корабле, а дожив до седин в объятиях какой-нибудь шлюхи, — проорал Бернард.
— Так сколько можно болтать? — проворчал чей-то заплетающийся голос. — Разве мы за болтовню скинули свои кровные?
— Плакали ваши денюжки, — прокричал Бернард, нацепив на голову свою треугольную шапку.
Другой матрос, взяв небольшой продолговатый кинжал, сделал несколько шагов, остановившись напротив Бернарда.
— Вот увидите, моя шапка будет пронзена, а голова останется целехенькой, — захохотал Бернард. — Морская клятва сила.
Матрос, размахнувшись, что есть мощи, бросил нож в лицо Бернарда.