И впрямь, заколдованные! Когда я пытаюсь подобрать что-нибудь полезное — кинжал или шапку на голову — всё тут же становится пылью. Даже восьминогая тварь сюда не суётся. Опасается. А мне что делать? Юг-то дальше! Вот доберусь до противоположного берега, тогда решу, поворачивать или нет. Всё равно от Эйки ни слуху, ни духу. На краю леса мне попадается заиндевевший куст волосатых ягод, и я опять думаю — не отсюда ли она их носила? Да ну, только зря надеяться! Я с облегчением ныряю под сень исполинских крон на другой стороне жуткой вырубки и неожиданно слышу голос сверху:
— Молодой человек!
Я ошалело озираюсь. Такое чувство, что со мной говорит дерево. А я ведь даже не ел те ягоды, только потрогал их!
— Или не человек, — на всякий случай уточняет голос, — прошу прощения, отсюда плохо видно. Вы не могли бы ко мне подняться? За небольшую плату.
Я, наконец, его замечаю. Сначала мне кажется, что это филин в дупле. Но филины не разговаривают и не селятся на таких деревьях. Я останавливаюсь. Я же недоумок, жизнь меня не учит! Столько дней в этом увядающем бреду, и вдруг живой голос! Я отгоняю присевшую на плечо бабочку — кулаком по наглой пасти — и медленно подхожу к чёрному стволу.
— Я давно ни с кем не разговаривал, — объясняет тот, который не филин, — вы меня понимаете?
Я киваю.
— А не отвечаете почему?
Я пожимаю плечами. Для меня это тоже сюрприз. Но я не пробовал говорить со смерти Шустрой и теперь не могу вспомнить, как это делалось.
— Не беда, — успокаивает меня некто, — вы про себя отвечайте, я разберу.
Понятно, что на моём лице отражается ужас.
— Не бойтесь, — угадывает он тут же, — до вашей памяти я не дотянусь. Но, учитывая моё положение, это вам ничем бы не повредило.
Совершенно бесподобное существо! Пожалуй, стоит рискнуть и познакомиться.
«Вы меня не съедите?» — спрашиваю я на пробу.
— Как же я вас съем, — недоумевает он, — если меня самого практически съели? Мне теперь питание не требуется. Забирайтесь смело, дерево давно мертво. Только мне не даёт отмучиться.
Что же, раз так просят! Всё равно дело к вечеру, пора подыскать ночлег.
Лишний раз оглянувшись по сторонам, я карабкаюсь по ледяным веткам. Они на самом деле ледяные — у меня руки примерзают! Если вглядеться, то заметно, что листьев на этом дереве нет и корни у его подножия не елозят. Но неожиданный собеседник занимает меня куда больше.
Ну да, он сидит в дупле. То есть торчит из дупла — только голова и плечи. Глаза у него круглые и жёлтые — как у филина. Но разумнее. В лице тоже есть что-то от пернатых, но всё же это скорее человек, чем птица. Хотя и с перьями на голове взамен волос. Ну а кто без странностей?
— А зачем вы знаменем обмотались? — недоумевает он, пока я пристраиваюсь на ветке. — Решили не сдаваться?
Я прячу руки под плащ, пытаясь согреться и одновременно не загреметь с такой высоты.
«Знамя с последнего корабля, — объясняю я, — в нём какая-то магия. Не даёт замёрзнуть».
— Это, наверное, чтобы не леденело на мачте, — соображает он, чуть поразмыслив, — а не подскажете, если это не военная тайна, кто победил?
«Неизвестно — все уплыли. А вы что же?»
— Да вот, — вздыхает он, — попался, а потом моё дерево прикончили. Теперь я ни туда, ни сюда. Вы там наших не видели, пока шли?
«По-моему, видел, только они мёртвые».
— Давно?
«Вероятно, с тех пор, как вы здесь».
— Печально. Но я подозревал нечто подобное, ― сообщает он с горечью. ― Чудо, что мимо вообще кто-то прошёл! Я вас попрошу, только не обижайтесь. Не могли бы вы меня убить чем-нибудь? Пока мы не слишком знакомы.
«Не хотелось бы этого делать, — признаюсь я, сглотнув, — да мне и нечем!».
— Действительно, — соглашается он, — простите, если лезу не в своё дупло, но с вооружением у вас неважно.
«У меня было вооружение, — пытаюсь я оправдаться, — но его два раза отбирали. Прискорбно, но что делать?»
— Да, — призадумывается он, — в средствах мы с вами ограничены. Но вот, что я могу предложить — у меня меч на поясе. То есть, там, где был пояс. Вы его достаньте. В рукояти драгоценные камни, они кое-чего стоят. Камни вам, а услуга — мне. Всё будет честно.
«Вы рано отчаялись, — предупреждаю я его, — корабли вернутся. И вас вызволят. А ещё — у меня Перо есть! Если скажете, что делать, я вас освобожу. Или хотите, так дёрну?».
— Нет, — качает он головой, — дёргать не нужно. И Перо поберегите. Я не волшебник, да и как тут выручит магия? Не могу же я существовать совсем без нижней части! И без соплеменников. Вы не смущайтесь, тяните меч.
Прямо не знаю. Оружие не помешает, кто бы спорил. Но как-то оно…
«А вам не больно будет?».
— Мне всегда некомфортно, — успокаивает он, — не обращайте внимания.
Я опасливо протискиваю руку в дупло. Вдруг там зубы? Зубов нет, только холодное нечто — густое, будто свернувшаяся кровь. Я нащупываю рукоять меча, но ухватить не могу.
— На поясе сбоку должна быть пряжка, — подсказывает мне обитатель дерева, — попробуйте отстегнуть!
