В конце октября турки медленно двинулись от Карса к Александрополю. Впереди неистовствовали банды курдов и башибузуков. Главные силы Абди- паши расположил близ Баш-Шурагели, селения на правом берегу пограничной реки Арпачай, что всего в 15 верстах от Александрополя. Теперь противников отделяла лишь неширокая река. Однако банды турок, пользуясь малочисленностью наших войск, каждый раз совершали набеги на приграничные грузинские села, грабя и убивая.
Спустя несколько дней прибыл на границу и князь Бебутов. Собрав командиров отрядов, он сначала заслушал их. Новостью о набегах турок князь остался недоволен, затем взял слово сам;
– Я желаю иметь более точные сведения о расположении неприятеля! Кроме того, несмотря на то, что война еще не объявлена, следует положить предел дерзким грабежам! Для этого надо послать экспедиционный отряд за Арпачай и разогнать тамошние банды!
Собранные генералы и полковники были только «за». С общего согласия к Баяндуру был послан командир Грузинского полка генерал-майор князь Орбелиани с отрядом в 7 пехотных батальонов, 4 эскадрона, 3 казачьих сотни и местными милиционерами с 28 пушками. Выбор начальника экспедиции был не слишком удачен. Князь Элико Орбелиани был неимоверно храбр, но в военном деле был не слишком грамотен.
Получив начальство, и не подумал о разведке, хотя турки были буквально в двух шагах. Когда ему об этом напомнили, князь лишь отмахнулся:
– Э-э! Зачэм зря туда-сюда бэгат! Когда турки придут, тогда и бит будэм!
В те дни область между Александрополем и Ахалцыхом постоянно подвергалась грабительским набегам курдов, особенно плохо приходилось духоборцам и армянам, которые только в русских штыках видели свою защиту.
Одновременно с нападением на пост Святого Николая корпус Абди-паши двинулся к Александрополю. 29 октября турки вышли к реке Арапчай, ни уже на следующий день наши казачьи разъезды вступили в перестрелку с курдами и, понеся потери, отошли к Александрополю. Командовавший русскими войсками князь Барятинский поддавшись на уговоры князя Орбелиани согласился на операцию против Баяндура незадолго до этого нами оставленного.
Выведя войска из Александрополя, Орбелиани тотчас построил их в боевой порядок и двинулся к Баяндуру, селению, лежащему на левой (нашей) стороне Арпачая, почти напротив турецкого Баш-Шурагеля.
Обнаружив передвижение наших войск к границе, турки немедленно заняли выгодную позицию на своем берегу. Главная их батарея, в числе до 40 орудий, расположилась на возвышенности, откуда прекрасно простреливалась вся округ. Всего турки поставили 40 орудий, а большую часть пехоты спрятали в близлежащих балках.
Отсутствие разведки и авангарда привело к тому, что турецкая армия была обнаружена, когда наш отряд, перейдя речку у села Караклис, начал выстраиваться для дальнейшего наступления.
Было около 2-х часов пополудни, когда внезапный огонь турецкой артиллерии показал, что отряд нарвался на главные турецкие силы. Ситуация сразу стала критической: атаковать противника, значило положить весь отряд, обратная переправа с сохранением боевого порядка, тоже немыслима. Оставалось одно – держаться на позиции и дать знать в Александрополь о своем положении. Слов нет, солдаты и казаки Орбелиани были опытными кавказцами, но под таким артиллерийским огнем она оказались впервые. Примитивные пушки Шамиля больше шумели, чем убивали. Огонь же турок, поливавших наши колонны картечью, был убийственен. Историк пишет: «…Этот сильный огонь хотя и озадачил в начале наших кавказцев, однако же, не смутил их».
Несмотря на потери, батальоны спокойно стояли на указанной им позиции. Бежали лишь милицейские сотни, которые сразу начали сеять панику в приграничных селах Сидевший на коне рядом с Орбелиани полковник мрачно процитировал Лермонтова:
– Бежали робкие грузины".
Орбелиани был готов рвать и метать:
– Вэрнемся, сам всэх повэшу!
– Для этого нам надо еще вернуться! – мрачно заметил полковник, над головой которого с воем пронесся очередной заряд картечи. Затем турецкая кавалерия и башибузуки пытались обойти наш правый фланг и напасть на обоз. Однако находившиеся здесь эскадроны Нижегородских драгун полковника Тихоцкого ринулись в атаку и тут же обратили нападавших в бегство.
Около двух часов дня русские войска под командованием князя Илико Орбелиани подошли к Караклису и начали форсировать глубокий овраг, по дну которого протекала речушка. Перейдя овраг, первая боевая линия попала под огонь артиллерии противника и была атакована его кавалерией. Два дивизиона нижегородцев и казаки отбросили курдов, попытавшихся было захватить наш обоз, при этом Елисаветпольская милиция обратилась в бегство. Когда батальоны эриванцев и егеря поднялись на высоты, их глазам предстали огромные массы турецких войск. Впоследствии выяснилось, что у противника было до 30 тысяч пехоты и кавалерии.
– Отступать стыдно! – крикнул солдатам, выхватив шашку князь Орбелиани. – Мы атакуем!
