О Рублеве практически ничего не известно, о Леонардо — очень мало, о Сера — немногим больше, чем о Леонардо. Но если рассортировать по известной нам схеме биографические крохи, а главное, поставить рядом их, несопоставимые по времени и пространству, произведения, то типичная “эейнштейновская” картина психической организации всех трех выстроится сама собой.
1-я Логика. Произведения всех трех отличаются превосходящей всякое обыкновение интеллектуальной наполненностью. Анализ композиций Рублева, Леонардо, Сера показывает математическую выверенность каждой точки, детали, линии, т. е. демонстрирует чрезвычайную крепость головы художника, видную уже из того, как он строит композицию. То, что Леонардо был великим ученым и инженером, а Сера завистники ругали “химиком”, “математиком” лишь подтверждают выводы, следующие из анализа их особого композиционного дара. Сера крестиком пометил одно характерное высказывание в статье из журнала “Ар”: “В искусстве все должно быть сознательным”, — и нет сомнения, что под ним подписались бы и Рублев, и Леонардо.
2-я Воля. Все трое ученичествовали недолго, быстро превзошли учителей и скоро нашли самостоятельную дорогу в искусстве. Хотя у Рублева и Леонардо учителя были на зависть — Феофан Грек и Перуджино. Все трое явились крупнейшими реформаторами живописи своего времени, но школ своих не создали и не похоже, чтобы стремились к этому. Для произведений Рублева, Леонардо, Сера характерны статичность и внутренний покой персонажей, природы, они как бы омываемы тишиной и мирным одиночеством самодостаточного человека. И все это — явные приметы “дворянской” психологии, сильной, независимой, творческой, спокойной, уверенной в себе.
3-я Эмоция. Живопись Рублева, Леонардо, Сера — это не живопись чувств, а
4-я Физика. Вместе с тем, если сильно упрощая и огрубляя, попытаться сформулировать типичное для творчества всех трех настроение, назвать их эмоциональную доминанту, то это будет печаль. Как уже говорилось, “лентяи” — народ ослабленный витально, и предпочтение отдает темноокрашенным эмоциям. Солнце на полотнах Сера и Леонардо если и светит, то не греет. Цвет в живописи всех троих сложен и не ярок, объемы не сочны по лепке, тела лишены силы и либидо, что естественно для иконописной традиции времен Рублева, но совершенно чуждо для традиции Ренессанса и импрессионизма.
Какого-либо психологического портрета Рублева история нам не оставила. О Леонардо современники иногда упоминали как о человеке крайне сдержанном в своих чувствах — и только. С Сера же один случайный его попутчик сделал небольшой психологический портрет, который мы с известными поправками можем перенести на Рублева и Леонардо, а равно на всех, занятых в искусстве “Эйнштейнов”: “Обладающий чувством собственного достоинства, скромный и простой, однако до такой степени проникнутый мыслью о необходимости и достаточности науки и химии в искусстве, что это приводило в изумление.”
Разумеется, “Эйнштейн”, трудясь на культурной ниве, не только в живописи готов заявить свой своеобразный талант. Но чтобы не растягивать повествование, только упомяну, что великолепным образцом “Эйнштейна”-поэта был Николай Заболоцкий. Читайте его стихи, в них все сказано. Я же приведу лишь одно четверостишие Заболоцкого, в котором поэт с безукоризненной точности назвал в себе Низ и Верх:
“Сквозь рты, желудки, пищеводы,
Через кишечную тюрьму
Лежит центральный путь природы
К благословенному уму.”
1) ЭМОЦИЯ (“романтик”)
2) ЛОГИКА (“ритор”)
3) ВОЛЯ (“мещанин”)
4) ФИЗИКА (“лентяй”)
