— Видишь, я всё предусмотрел, — не обращая внимание на её теперь метающийся взгляд, подросток ласково, точно успокаивал ребёнка, которому нужно было идти вырывать зуб, шептал ей, и временами его губы касались кожи щеки Дарлинг. К сожалению, он не посчитал нужным избавить Венди не только от движения, но и от способности чувствовать его прикосновения, разгорячённое дыхание, лёгкий запах свежести, какая бывает только после продолжительного дождя. — Теперь ты не сможешь случайно уронить яблоко. Нельзя это сделать – ты, можно считать, сжульничаешь. Тебе следует меня благодарить, птичка.
Хватит. Она не позволит ему.
— Никогда. — Стоило ей жёстко сказать это, как Венди сама удивилась и на долю секунды снова замолчала, мысленно радуясь возможности говорить. Да, действительно, он бы не стал превращать её в точную копию куклы: всегда интереснее играть с теми, кто имеет хоть какое-то сопротивление. Правда, она очень сомневалась в вероятности уговорить его не совершать задуманное одними лишь мольбами. Скулы заметно выделились на общем фоне лица от злости к парню. Сузив глаза, Венди напоследок уже не говорила, а, скорее, шипела: — Никогда я не поблагодарю тебя. Один раз я уже это сделала, но ты в качестве принятия моей признательности отправил меня обратно в это проклятую клетку! Тебе ведь наплевать на чувства людей! Так какого чёрта ты так стремишься вывести всех из себя? Неужели не надоело делать одно и то же? Или у тебя фантазия не блещет оригинальностью?!
Может, последнее было и зря, но какая теперь уже была разница? .. Она в западне, и единственное, что ей остаётся — сохранять гордость и хладнокровие британки и не позволить унижаться перед этими мальчишками.
— Наконец-то, — тихо, без лишних красноречивых изяществ, Питер облегчённо вздохнул: — Ты снова играешь со смертью. Это звучит ещё забавнее, если вспомнить о твоём положении и о том, что тебе предстоит, верно?
Идей для ответа появилось достаточно, но Венди и так сказала то, что считает нужным. Или считала? ..
— Но, по правде говоря, ты далеко ошибаешься по поводу скуки в наблюдении за людскими особенностями, — поначалу она не смотрела на Потерянного, уже как минуты две стоявшего позади Пэна, и ей действительно не было страшно. Наоборот, Венди уверилась в очередной шутке со стороны хозяина Неверлэнда. Это проверка. Такая же, как была с Генри. Правда, на этот раз не она в роли стрелка, а… Энзо?!
Глядя на нахмуренного Потерянного, как на опасного дикого зверя, Венди принялась лихорадочно пытаться найти выход из этой ситуации. Нужно было избавиться от неспособности шевелиться. Но как?! Бессмысленно просить Пэна — в ответ она услышит одни едкие высказывания, не имеющие никакой цели, кроме как досадить.
— Хорошо, — ей не удалось скрыть отголосок паники в голосе, — так почему же я ошибаюсь? Скажи мне, Питер.
Мысль о том, чтобы потянуть время, была, конечно, заманчивой, однако это не могло продолжаться вечно. Он принялся говорить в стиле светской неторопливой беседы, но каждый бы сразу понял, что это всего лишь мимолётное подыгрывание девушке. Неизвестно какая по счёту уловка.
— Знаешь, Венди, у каждого своё особое поведение, когда его охватывает раздражение, злость, беспокойство, страх, любовь, — на последнем слове Питер сделал небольшую паузу, навевая на неё странные размышления. — В каком-то смысле, люди и индивидуальны, и одинаковы в этом. Ведь я знаю, что сейчас ты чувствуешь, хоть и стараешься сохранить невозмутимость. Я знаю ответы, но всё равно злю тебя, специально упоминая об этом. Вот, а теперь на секунду ты нахмурилась. Искать подобные мелочи всегда очень увлекательно. Несмотря на предсказуемость, я всегда создаю себе некую иллюзию, будто мы с тобой знакомы не так давно. Так уверенность в подтверждении моих гипотез немного уменьшается, и создаётся что-то вроде… интриги.
— И какой в этом смысл?
Она ненароком раз в пятый бросила взгляд на Энзо и едва не подавилась, увидев в его руках уже приготовленную стрелу. О, нет!
— Почему для тебя всё должно иметь смысл? — беспечно пожав плечами, подросток торжественно заявил: — Его нет в половине вещей на этом свете!
— Раз его нет, то… тогда… от моей смерти пользы особой не буде тоже.
Стоп. Венди же не собиралась даже и думать о крошечных намёках о мольбе на своё освобождение? С другой стороны, Энзо — это другое дело. От одной его недоброй улыбки на её слова стало не по себе. Если бы Пэн не излечил ей руку, то рана наверняка бы сейчас напомнила о себе ноющей болью.
— Не стоит так переживать. Сюрпризы всегда приносят людям радость, разве у вас в Лондоне было иначе?
Не слушая её слегка растерянную речь, Питер едва заметно кивнул стрелку и, поджав руки у груди, сделал шаг в сторону, превращаясь в такого же зрителя, как и все Потерянные мальчики. Где-то среди них был и Эрик, но какой в нём теперь толк? Она умрёт в любом случае.
