Возвращение к столу было странным. Словно я перешагнул невидимую черту, оставив за ней дрожащего, охваченного паникой юнца, и превратился в кого-то другого. Спокойного, собранного, с ледяным огнем решимости внутри. Да, я был полностью во власти Сирены, ее голос в моей голове стал моим компасом, моим наркотиком, моим смыслом существования на ближайшее время. Но это знание не парализовало, а наоборот — придавало сил. Я знал, что делать, и знал, ради кого. Демоны внутри были усмирены — временно, возможно, но усмирены. И это давало мне ясность ума, которой так не хватало мгновения назад.
Я подошел к столику с легкой, уверенной улыбкой.
— Прошу прощения за заминку, миссис Вэнс. Неотложное дело, которое, к счастью, удалось быстро уладить. Надеюсь, я не заставил вас скучать?
Я встретил ее взгляд прямо. В нем все еще читалось легкое удивление, но теперь к нему добавилось и любопытство. Она чуть склонила голову, изучая меня.
— Нисколько, мистер Морган. Я как раз обдумывала наш разговор о взаимодействии с бизнесом. Вы затронули интересные аспекты.
И тут началось. Я не знаю, откуда это взялось. Возможно, снятие внутреннего напряжения освободило ресурсы мозга. Возможно, ласковые слова Сирены действительно что-то во мне разблокировали. А возможно, я просто так отчаянно хотел оправдать ее веру, ее «ты — моя единственная надежда», что превзошел сам себя.
Я подхватил нить разговора, но уже не как прилежный ученик, повторяющий заученные фразы, а как равный собеседник. Я говорил о необходимости не просто «прозрачного диалога», а о создании единой цифровой платформы для взаимодействия, где запросы бизнеса обрабатывались бы не в порядке живой очереди или по звонку «нужным людям», а по четким, измеримым KPI. Я вспомнил какой-то кейс из Сингапура, о котором читал полгода назад, и привел его как пример успешной реализации.
— Ого, Арти, а ты не так уж и безнадежен, когда не думаешь своим членом — промурлыкал голос Сирены в ухе, смесь издевки и удивления — продолжай в том же духе. Кажется, наша Железная Леди начинает таять. Только не слишком увлекайся комплиментами ее «стратегическому видению», а то я начну ревновать.
Дора Вэнс слушала внимательно, ее проницательные глаза больше не искали во мне подвоха. В них появился живой интерес. Она задавала уточняющие вопросы, возражала, но уже не с позиции всезнающего чиновника, а как человек, которому действительно интересна другая точка зрения.
Я легко парировал ее возражения, приводя аргументы, о существовании которых сам не подозревал минуту назад. Я говорил о рисках, о сложностях внедрения, но и о потенциальных выгодах — не только для бизнеса, но и для самой мэрии: повышение эффективности, снижение коррупционных рисков, улучшение имиджа городской власти. Я говорил увлеченно, чувствуя, как крепнет нить взаимопонимания между нами. Мое прежнее животное влечение к ней трансформировалось — оно никуда не делось, но теперь было загнано глубоко внутрь, став топливом для интеллекта и обаяния, а не неуправляемым пожаром. Я смотрел на нее — сильную, умную, властную женщину — и видел не просто объект желания, а интересного, сложного собеседника, которого мне нужно было очаровать. И у меня получалось.
— Эх, мой милый Арти… ты так распеваешься перед этой прекрасной старой девой… а тетя Сирена ведь крайне ревнива… — голос Сирены снова стал бархатным, но теперь с отчетливыми нотками собственничества и угрозы — будь уверен, что когда ты вернешься, ты у меня каждый комплимент в ее сторону отработаешь своим восхитительным инструментом. Каждую улыбку ей… Каждое слово восхищения ее «проницательностью». Я буду очень требовательной учительницей, Арти…очень.
Легкий холодок пробежал по спине от ее слов, но он лишь подстегнул меня. Я улыбнулся Доре Вэнс — искренне, обаятельно.
— Знаете, миссис Вэнс, то, о чем мы говорим, — это не просто оптимизация процессов. Это изменение самой философии управления городом. И я восхищен тем, что именно вы, с вашим опытом и репутацией, готовы обсуждать такие смелые идеи.
Она откинулась на спинку стула, на ее губах играла уже не дежурная, а вполне теплая улыбка. Взгляд смягчился.
— Вы мне льстите, мистер Морган. Но…ваша идея с единой цифровой платформой…знаете, у нас были похожие наработки, но они завязли на уровне межведомственных согласований. Бюрократия, знаете ли. Трудно бывает сдвинуть такую махину с места.
— Давай, Арти, нажми — подсказала Сирена — предложи ей нечто конкретное. Покажи, что ты не просто болтун.
— Возможно, проблема не только в бюрократии, но и в отсутствии свежего взгляда со стороны? — осторожно предположил я — иногда нужен кто-то, не обремененный внутренними инструкциями и многолетними привычками, чтобы увидеть узкие места и предложить нестандартное решение. Кто-то, кто может посмотреть на мэрию не как на набор департаментов, а как на единый механизм.
Дора Вэнс смотрела на меня несколько секунд, ее умные глаза изучали меня с новым интересом. Затем она решительно кивнула.