– Пока ещё не решила. Думаю снять квартирку где-нибудь подальше отсюда, где меня никто не знает, где я не буду на каждом шагу натыкаться на любопытные взгляды. Если не загнусь, то начну новую жизнь. Заведу собаку, займусь волонтёрством. А что ты здесь делаешь? Тебя отдел кадров прислал передать какие-то бумажки?
Расшаркавшись, Эллиот перешёл к делу.
– Невесело стало в офисе без тебя, леди-босс. Думаю о тебе постоянно. Прохожу мимо твоего кабинета, и сердце сжимается. В тот день мы так и не успели завершить наш разговор. А мне есть что тебе сказать.
Бетани устало поникла головой. «Ну всё. Поехали, по второму кругу».
– Ну? Говори, пока покупатели не пришли.
Сжав её маленькие холодные руки, он прижал их к своим щекам.
– Я думаю о том, как хочу провести следующие тридцать лет, или сколько мне там отведено. Если лечение будет успешно – а я в этом не сомневаюсь – я бы хотел остаться частью твоей жизни. Я не хочу думать о том, что ты продашь дом, уедешь неизвестно куда, и мы больше не увидимся. Это недопустимо. Мне важно видеть тебя, хотя бы иногда. Слышать твой голос, дотрагиваться до тебя. Было бы ещё лучше, если бы я просыпался рядом с тобой.
Высвободив руки, Бетани повернулась к нему спиной и потянулась за упаковкой с чаем.
– Прости, Эллиот. Я не могу.
– Почему? Ты мне уже не начальница. Отдел кадров не будет возникать. Что нас останавливает?
Бетани не спешила отвечать. Серебряная ложка позванивала о белый фарфор. Аромат мятной заварки потянулся в воздух.
– Не знаю как бы так помягче выразиться, чтобы не задеть твои чувства, но … Это даже не вопрос этики. Ты просто не в моём вкусе.
– Чушь собачья! Несомненно, я в твоём вкусе. – Раскинув руки, Эллиот принял позу бродвейского солиста. – Я знаю, что неплохо сохранился. Я знаю как бабы на меня пялятся, даже практикантки. Тебя смущает, что я женат?
Бетани прикоснулась накрашенными губами к краю чашки и осторожно отхлебнула.
– Если уж на то пошло, если бы мне вдруг захотелось провести страстную ночь с чужим мужем, я бы скорее выбрала Рона Хокинса для такого случая.
Эллиот обалдел. Его покрасневшие от скотча глаза полезли из орбит.
– Рона? Что в нём такого особенного?
– Это трудно описать словами. В нём какая-то брутальная, первобытная мужская энергия. Ты слишком домашний. Рон – ротвейлер. А ты – шоколадный лабрадор. И вообще, мы с тобой из разных песочниц по образованию и интеллекту. Ты очень предсказуем. Все твои шаги можно просчитать на десять миль вперёд. Я знала, зачем ты пришёл, ещё до того, как ты успел раскрыть рот.
– Я раскусил тебя, – сказал Эллиот, тыкая в неё вялым указательным пальцем. – На самом деле ты так не думаешь. Ты просто не хочешь, чтобы я бросал семью.
– Напротив. Я знаю, что ты никогда не бросишь семью. Это я тебя раскусила. Ты созрел для внебрачного романа, и я представляю собой безопасный вариант. Ведь покойница не может требовать от тебя исполнения обещаний. Спутайся ты с молодой девкой, а она ещё замуж захочет, родить.
– Глупости. Ты не умрёшь.
– Конечно, не сразу. Меня ещё помучают, похимичат пару месяцев. А семью ты всё равно не бросишь.
– Брошу! – крикнул Эллиот, ударив кулаком по гранитной стойке. – Ты не веришь мне? Ей-богу, брошу! Семейное счастье … родительская гордость … Тьфу! Всё это брехня. Убитые годы. Откуплюсь от жены и забуду как дурной сон. Сколько денег, сколько сил я угробил на этих неблагодарных раздолбаев. Слушай, что я придумал. Давай убежим. Ты меня поймёшь. Нас обоих дети разочаровали. Будем жить для себя. Снимем скромную двухкомнатную квартирку. Будем путешествовать, ходить на концерты, на выставки.
Разогретый собственными фантазиями вслух, Эллиот вновь приблизился к Бетани. В эту минуту раздался спасительный звонок в дверь. Вместо того, чтобы воспользоваться случаем и выкинуть нежданного гостя из дома, Бетани притянула его к себе за галстук.
– Если ты хочешь оказать мне услугу, – прошептала она ему на ухо, – притворись заинтересованным покупателем.
========== Глава 13. ==========
Уолл Стрит – август, 2008
«Вам доводилось видеть как исполин корчится в предсмертной агонии? – говорила с экрана Брианна Хокинс. – Зрелище не для слабонервных. Не секрет, что банк Братья Леман, в один из мировых лидеров в инвестиционном бизнесе, на последнем издыхании. Полтора века процветания закончились на плачевной ноте. Банкротство неизбежно. Значимость этого финансового инстутита настолько велика, что его крах принесёт катастрофические последствия для всей страны. Работники Голдман Сакс, Меррилл Линч трепещут, наблюдая за этой картиной. Кто из них станет следующим?»
