В Лувре находится золотая чаша XV века до н. э. На мчащейся колеснице — охотник. Фигура напряжена, лук натянут, вот-вот стрела сорвется и поразит бегущую лань. За колесницей мчатся, вытянувшись в струну, собаки. Художник сумел передать бешеный ритм гонки и внутреннее напряжение с большим мастерством и точностью. На другой чаше изображены бегущий бык, лев с оскаленной пастью, сфинкс с головой женщины, крылатый лев — египетские символы власти и силы, свидетельство благотворного взаимного влияния двух культур. К сожалению, в то время, когда Сирия была подмандатной территорией Франции, лучшие экспонаты Угарита были вывезены в Лувр. Здесь Угариту специально отведены три зала.
Мы задерживаемся в одной из комнат дворца, принадлежавшей писцам. Именно здесь было сделано крупнейшее открытие века — найден один из первых в истории человечества алфавит, крошечный глиняный брусочек с 30 буквами. Сейчас он находится в Национальном музее Дамаска. Угаритский алфавит представлял собой огромный скачок вперед по сравнению с предыдущими формами письма. В то время на Востоке имели распространение клинопись и иероглифическое письмо. Финикийцы из Угарита значительно упростили систему письма. Угаритский алфавит создан примерно в 1600 году до н. э. Угаритцам принадлежит заслуга сведения письменных знаков в один последовательный ряд. К первым буквам их алфавита восходят греческие «альфа», «вита», «гамма» и наши современные «а», «в», «г». Древний алфавит состоял из одних согласных букв.
Алфавит и многочисленные угаритские надписи были опубликованы ассириологом Чарльзом Виролло в 1928 году. Трое ученых независимо друг от друга приступили к дешифровке незнакомого языка (Ганс Бауэр, Эдвар Дорм и Чарльз Виролло). Угаритские тексты многообразны по типу: административные и царские послания, школьные записи, эпические поэмы, гимны, мифы. В них бурлит настоящая жизнь. Древние литературные жанры проникли в мировую литературу через литературу Угарита. Таблички имеют исключительно важное значение в связи с их отношением к библейским текстам. Мифологические образы угаритцев близки мифологии других древних народов именно потому, что (по выражению В. Г. Белинского) «мифология была выражением жизни древних, и их боги были не аллегориями, не риторическими фигурами, а живыми понятиями в живых образах».
Центральная улица города поднимается вверх к стенам храма Баала. С этого холма открывается весь город, частично обнаженный раскопками, частично еще скрытый под слоем земли. А с противоположной стороны открывается типично сирийский сельский пейзаж: бесконечные сады цитрусовых, оливковые рощи, изредка пальмы. Вдали легкой линией очерчена цепь гор, защищающих прибрежный район. Сады существовали здесь с незапамятных времен. В глубокой древности здесь выращивали гранаты, оливки, виноград. Местные виноделы были непревзойденными мастерами, возможно передавшими свое искусство и грекам. С сельскохозяйственными работами был тесно связан культ богов и мистических празднеств. Храм, у стен которого мы стоим, был построен еще во II тысячелетии до н. э. Каменные, двухметровой ширины стены частично сохранились. Перед храмом открытый двор с алтарем. Найденные глиняные таблички рассказали о ярком и самобытном мире угаритских богов и богинь, которым присущи все страсти обычных людей: нежная любовь, бурная ненависть, радость, горе. Представление человека о мире отражено в поэтических и полных драматизма религиозных мифах. Осенью природа умирала и народ стекался к храму с погребальными песнями и плачем. Женщины рвали на себе одежды, выражая полное отчаяние. Весна знаменовала возвращение к жизни, и в ее честь устраивались веселые праздники.
Боги Угарита управляли миром и людскими судьбами. В храмах Дагона, Баала оракулы пророчествовали, толкуя волю богов. Жрецы составляли особую, высшую касту. Они не вступали в брак, посвящая свою жизнь богам.
На одном из найденных в Угарите камней изображена молодая женщина с обнаженной грудью и воздетыми руками. Это богиня плодородия и материнства Астарта. Культовые обряды в ее честь выполняли жрицы. Бронзовые статуэтки с их изображением сохранились до нашего времени.
Во время раскопок найдено изображение жреца в тунике, несущего на руках ребенка. Страшные легенды о детях, приносимых в жертву финикийцами, нашли дополнительное подтверждение. Историк Диодор Сиракузский (I век до н. э.) упоминает о бронзовых статуях, в руки которых помещали жертву, откуда она падала в горящий костер. Стоящие рядом родственники заботились о том, чтобы ребенок не кричал. Жертвы приносились богу Молоху. Французский писатель Густав Флобер, блестящий знаток культуры и истории Востока, в романе «Саламбо» талантливо воссоздал картину страшных жертвоприношений. Иногда приносились в жертву и взрослые, которых сжигали живыми. В 61 году до н. э. Цезарь запретил этот «варварский обычай».
