После монгольского нашествия (XIII век) город перешел к мамлюкам. В 1300 году он опять был разграблен монголами, а в 1400 году Тамерлан разрушил его с таким ожесточением, что он оставался пустынным в течение полувека. Дамасских ремесленников увели в плен в далекий Самарканд. Исчезли знаменитые оружейники, а вместе с ними снискавшие немеркнущую славу дамасские клинки и сабли. Через сто лет турки, занявшие Дамаск, за сопротивление, оказанное им, также подвергли город разрушению. XVI–XVIII века — время турецкого ига, бесконечных поборов, подорвавших промышленность и производство знаменитых тканей и ковров. Но до открытия морского пути из Европы в Индию Дамаск все-таки оставался крупнейшим пунктом на караванном торговом пути от Средиземного моря до Индийского океана. Позже город начинает играть второстепенную роль. Караванный путь лег через Халеб. Только бесконечный поток паломников в Мекку не миновал Дамаска. После знойных пустынь Аравии город-сад казался особенно привлекательным. Восхищенные уста произносили ставшие крылатыми слова: «Шамджаннат машам!» («Дамаск полон райских ароматов!»).
Одно из самых интересных и крупных сооружений Дамаска XVI века — текке Сулейманийе, мечеть, построенная турецким архитектором Синан-пашой по приказу султана Сулеймана Великолепного в 1554–1560 годах на месте мамлюкского дворца. Ансамбль включает в себя мечеть и монастырь дервишей с портиками и куполами. Архитектура ансамбля несет черты достижений как византийской, так и исламской культуры. Пройдя мост через Бараду и оставив за спиной шумную магистраль с потоком машин, район многочисленных гостиниц, набережную с крикливыми торговцами мелкими товарами, вы, наконец, попадаете в тихий обширный двор мечети с традиционным бассейном в центре. Верующие совершают омовение и идут в зал молитв с высоким купольным сводом, окруженным окнами. Тонкие стрелы двух легких минаретов взмывают в небо. Они имеют форму многогранников, схваченных Лентой ажурных балкончиков. Перед залом молитв — двойной портик.
Маленькие аркады имеют черно-белую перемежающуюся окраску и поддерживаются шестью гранитными колоннами в центре и опорами на каждой стороне фасада. Мечеть имеет три входа — северный, восточный и западный. Помещения дервишей увенчаны куполами. Правда, вместо дервишей теперь здесь размещается военный музей, где собрано разнообразное оружие всех времен и народов — от миниатюрного макета катапульты до дамасских клинков и английского танка, стоящего уже на открытом воздухе.
Мечеть занимает обширную площадь. Михраб мечети и минбар, безусловно, шедевры мусульманского искусства. В мечети поражает не только ее своеобразная архитектура, но и интерьер, в котором немаловажную роль играют изразцы. Замысловатый изящный орнамент дается на синем, голубом, красном и белом фоне. Геометрический узор перемежается с лиственным, а в центре— медальоны с тончайшим кружевным рисунком. Керамические плитки, яркие, нарядные, сохранившиеся в мечети Сулейманийе как образцы исчезающего искусства, украшали когда-то интерьер многих общественных и частных зданий Дамаска.
Шумит, бурлит Хамидийе. Толпы людей движутся, по крытому рынку. Недостатка в свете не ощущается, он восполняется пестротой и многообразием красок, блеском металлической посуды, золотым шитьем, инкрустацией шкатулок, сверканием драгоценностей, матовой желтизной бронзовых изделий. Нет числа товарам, разложенным, развешанным, лежащим прямо на камнях мостовой. В толпе выделяются фигуры феллахов, мелькают защитного цвета рубахи солдат, накидки бедуинов. Устало бредут паломники в белых одеждах. Их отсутствующий взгляд едва скользит по толпе. Татуированные лица бедуинок полны живейшего любопытства. На смуглых руках — браслеты, кольца. Нередко увидишь здесь и ноздрю, проколотую тонкой закругленной золотой проволочкой. У сувениров толпятся европейцы, рассматривают плетеные коврики, циновки, деревянных верблюдов, медные кувшины с тонким изящным горлышком. Наше внимание привлекает медное блюдо. Это настоящее произведение искусства, В центре его круг с изречением из Корана — инкрустация серебром. Круг обрамляет цветок с шестью лепестками — древний символ Венеры — звезды богини Иштар. На следующем круговом поясе — многократно повторяемый мотив бега животных. Фигуры животных расположены вокруг общего центра, чем подчеркнуто стремительное и безостановочное их движение. И в то же время это символ бесконечной жизни. Третий пояс — дань исламскому искусству— вновь изречение из Корана. И, наконец, последнее— легкий геометрический орнамент, характерный для арабского искусства. Здесь сочетается строгость, упорядоченность композиции, геометризм с чувством формы и богатым смысловым содержанием, что характерно для мастеров современной Сирии.
