Секунда, две и Ми-28 выполнил залп НАРами. Несколько единиц техники задымилось, но тут же им ещё один удар нанёс ведомый.
Пока мы с Заниным отошли в сторону и встали в вираж, наше прикрытие вместе с ударной парой Аси и Диси, готовили нам проход.
— Цель вижу… Пуск! — пробивались доклады экипажей сквозь помехи.
Я в это время выписывал очередной круг, осматриваясь по сторонам.
Можно было уже разглядеть южную окраину Эль-Кунейтра. Как горят окраины города и куда двигаются колонны израильтян.
Работа боевых вертолётов Ми-24 и Ми-28 затягивалась. Аси и Диси уже ушли на базу — закончился боекомплект.
— 101-й, здесь слишком плотно. Нашли две группы — одна на восточной окраине, вторая — на южной, — доложил Горин.
То, что подойти к месту эвакуации непросто, было понятно сразу.
— 3-й, ориентир, где группы искать, — запросил я у Горина, который наверняка обнаружил нуждающихся в эвакуации.
— Восточная группа на дороге в Дамаск. Южная — перекрёсток двух шоссе в районе Айн-Зиван. Отметка 718. Они на вершине одной из сопок. Их с запада и севера обходят.
— Понял, — ответил я и взглянул на Кешу.
Он уже высчитывал нужный курс.
— Курс 346° и… мы там не можем не сесть.
— А можем и сесть, — ответил я, выводя вертолёт из виража. — 2-й, я работаю на юге. Ты — на Востоке, — дал команду Занину.
— Понял, 101-й.
Ми-8 Занина начал уходить на восточную окраину города под прикрытием пары Ми-24 Рафика. Василий сразу обнаружил свою группу, которая была на равнине. А вот нам нужно будет ещё отыскать своих.
— Вазим, передай Сардару: 3 минуты и готовься, — передал я через бортового техника информацию в грузовую кабину.
— 101-й, справа прикрываю, — услышал я в эфире голос Горина.
Тут же справа от себя я увидел несколько разрывов от НАРов.
— 101-й, слева работаю, — доложился его ведомый Зелин, проносясь слева от меня.
Ми-28 тут же выстрелил очередь из пушки в носовой части по следующим на машинах израильтянам. Я только и успел заметить, как вниз начали падать гильзы, а на земле произошёл взрыв.
— Отворот вправо… выходим на боевой. Минута, — перещёлкнул бортовые часы Кеша.
— Вазим, минута, — передал я команду спецназовцам.
Отметка 718 впереди. Виден перекрёсток шоссе и… оранжевый дым! Обозначила себя группа Басиля.
— Слева, слева! — услышал я голос Зелина.
Отворачиваю вправо, уйдя от очередной очереди крупнокалиберного пулемёта. Продолжаю выполнять вираж, прижимаясь к земле. Вот-вот и заденем лопастями землю. Но это не самое страшное.
— Набл… блюдаю, — выдавил я из себя. — Отстрел!
Взрыв с левого борта. Удар и Ми-8 крутануло на месте. Стрелки приборов застыли, а я вновь почувствовал, что время остановилось.
Тряхнуло так, что были видны частицы пыли в воздухе, застывшее лицо Кеши и удар Вазима в боковую перегородку. И тут же всё вернулось к нормальному течению времени.
— Держу-держу, — продолжал я выравнивать вертолёт, но его продолжало кидать из стороны в сторону.
Ми-8, будто попал в спутный след и чуть было не столкнулся с землёй.
А всему виной появившийся из ниоткуда «Апач». На выходе из манёвра, нас чуть было не расстрелял.
— 101-й, маневрируй влево! — громко давал мне подсказку Горин.
Теперь «винтокрылый индеец» дал очередь из пушки. Очередь прошла мимо. Сейчас ему надо уйти вправо, но он это знает.
— Ныряем, — сказал я и отклонил ручку управления от себя.
Мы и так были рядом с землёй, но спасибо местному рельефу. Одна из дорог проходит по расщелине, и это нас спасло.
— Ниже нельзя, командир. Блин, уши заложило, — кричал по внутренней связи Кеша.
Справа прошла очередь и что-то сильно громыхнуло. Похоже, задел один из балочных держателей.
— Взял на прицел, — услышал я Горина. — 101-й, он ушёл. Продолжай работу.
Похоже, что отбились. Надо продолжать подход к точке. Времени очень мало. Израильские танки уже на перекрёстке шоссе. Сейчас пойдёт пехота и начнётся штурм сопки, где находится группа на эвакуацию.
Только где сесть? На западном склоне нас расстреляет противник. На севере тоже идут бои, и у меня не получится облететь сопку. Поднимусь по спирали, и тогда точно накроют из ПЗРК. Концентрация войск в этом районе плотная. Наверняка и «Стингеры» есть в наличии.
— Командир, подход только с юга, — проговорил Кеша.
— Я понял, — спокойно ответил Кеше и отвернул влево.
Вираж нужен, чтобы набрать скорость. Иначе сделать нужный манёвр не получится.
— Выводим, — произнёс я, продолжая разгонять вертолёт.
Стрелка на приборе прошла отметку в 200 км/ч. Склон горы, на которую нужно запрыгнуть, крутой. Да и площадка на вершине маленькая.
— 101-й, там мало места. Повнимательнее, — подсказал мне Рафик, который атаковал со своим ведомым наступающих с севера.
Продолжаем разгон. Ещё совсем немного до точки начала манёвра.
Ми-8 после начала «горки» вынесет наверх. Скорость загасится и надо будет только не промазать с посадкой на площадку.
— Сядем «по-вороньи», почти без зависания.
Что и говорить, такие посадки на горные площадки я давно не делал. В этой жизни так ещё ни разу. Тут уже на одном колесе не зависнуть.
— Манёвр! Отстрел! — скомандовал я, взяв ручку управления на себя.
