– Вряд ли ты бы тогда смогла это сделать. – Клара внимательно посмотрела на Терри. Та, похоже, мысленно взвешивает все «за» и «против». Сама же Клара уже думала, что непременно выдвинет перед Советом самый решительный протест. Она уже начала составлять про себя целый список причин, по которым отдавать Терри такой «бабушке» совершенно недопустимо. – Ты просто не сумела бы должным образом подготовиться, и это стало бы для тебя большим разочарованием, так ведь? Тогда как сейчас ты явно делаешь успехи. – И Клара, скрестив руки на груди, стала смотреть в окно и думать, с чего начать свою речь перед членами Совета. По всей видимости, именно с того, что старуха ожидает некой компенсации.
Терри закрыла рабочую тетрадь и тоже задумалась, глядя в пол.
Дело в том, что Анита Кардью вовсе не казалась Кларе неприятной особой; просто порой она становилась какой-то чересчур жесткой, непреклонной. Познакомившись с ней, Клара очень надеялась, что Анита окажется такой же теплой и уютной, как Джуди, или как ее мать, или хотя бы как мисс Бриджес, или сестра Грейс. Но Анита более всего походила на некую эффектную тетку, изредка приезжающую в гости; такую тетку в семье обычно очень уважают, но горе тому, кто осмелится ей противоречить.
На следующий вечер после поездки с Терри к пресловутой «бабушке» Клара услышала, как Анита в кухне кричит на Алекса из-за чересчур небрежно выполненного сложного примера на деление.
– Как я могу тебе помочь, если у тебя цифра 1 ничем не отличается от цифры 7, а нули более всего похожи на восьмерки?
Алекс, словно не слыша ее, продолжал что-то царапать у себя в тетради и выглядел совершенно спокойным. А Кларе вдруг вспомнились слова Джулиана:
И ей захотелось защитить Алекса, но она успела сказать только: «Он же старается изо всех сил», и Анита, мгновенно захлопнув учебник и открыв от возмущения рот, уставилась на нее.
– Вы думаете, я не умею детей учить?
Клара только вздохнула. Ей была известна склонность Аниты к мгновенной самообороне, но в данном случае это выглядело просто странно. И потом, Кларе осточертело без конца попустительствовать Аните с ее оборонительными реакциями, каждый раз заставляя себя умолкнуть буквально на полуслове.
– Возможно, в условиях обычной школы вы делали это превосходно, – сказала она, – но у нас здесь Сиротский дом. – Алекс старательно делал вид, что к их разговору даже не прислушивается. – Этим детям довелось немало пережить.
– Вы думаете, я не знаю, что довелось пережить этим детям? Или вы считаете допустимым, когда ноль невозможно отличить от восьмерки?
И Клара сдалась. Спорить с Анитой было невозможно.
– Я ничего такого вовсе не думала. И я отнюдь не считаю…
– Нет, нет! – Анита собрала свои книжки, швырнула их в сумку и вскинула сумку на плечо. – С меня довольно. Это конец.
Ссора с Анитой тяжело давила Кларе на душу. Как это она ухитрилась нарушить такую полезную договоренность, некстати позволив себе высказать собственное мнение! Алекс и Терри были в общем довольны занятиями с Анитой, так зачем же ей понадобилось затевать спор с человеком, который искренне согласился им помочь? Ведь таких людей очень немного. А когда она сказала Рите, что Анита больше к ним не придет и занятий музыкой больше не будет, та заплакала и, как всегда, заныла: «Мама! Хочу к маме!»
Весь следующий вечер Клара невольно поглядывала на ту сторону улицы, где в мастерской Айвора сиял золотистый свет, особенно яркий на фоне всепоглощающей тьмы. Никогда в жизни она не видела, чтобы люди по собственной воле столько работали! И ей вдруг страшно захотелось тоже оказаться там, в этой ярко освещенной мастерской, и хотя бы на минуту сбежать от всего, что окружает ее в Грейндже.
Подойдя к дверям мастерской, она настежь их распахнула, но за рабочим столом Айвора не оказалось – он возился где-то в глубине мастерской, в полутьме, и Клара громко его окликнула: «Привет, Айвор!» Он, естественно, тут же бросился к ней:
– Клара? Что случилось? Что-нибудь с детьми?
Ну что она могла ему сказать? Что ей необходима передышка? Что это единственное место, где такая передышка возможна? Ведь после такого признания он вполне может счесть ее совсем уж глупой или неумелой. Он и так не слишком высокого о ней мнения.
– Нет, я просто… я… Извини, что отвлекаю тебя от работы…
Но Айвор улыбнулся.
– Ничего, на сегодня у меня уже все… Я там просто звездами любовался.
– Любовался звездами?
– Идем.
Оказалось, что на задах мастерской Айвор установил телескоп. Приладив его так, чтобы Кларе было удобней смотреть, он стал вращать колесико настройки, а ей велел сказать, «когда будет хорошо видно».
