Доктор Кардью осмотрел руку Терри и сказал, что Кларе с девочкой нужно немедленно ехать в больницу, что он сам их отвезет, а за детьми пока присмотрит Анита. Никаких «но», заявил он Кларе, которая попыталась было протестовать. В Грейндже все будет в порядке, а для дела важно, чтобы с девочкой поехала именно Клара. Упоминать о своей недавней ссоре с Анитой Клара не стала. Ей показалось, что доктор Кардью об этом вообще понятия не имеет.
В машине Клара в основном молчала, от волнения практически лишившись дара речи. Рядом с ней на заднем сиденье сжалась в комок маленькая Терри, дрожавшая всем телом. А сама Клара то и дело невольно сползала вниз по кожаной обивке сиденья.
– Вы не могли бы ехать помедленней? – попросила она доктора Кардью, когда тот в очередной раз на большой скорости преодолел крутой поворот.
Ее просьбу он проигнорировал.
Жаль, думала Клара, что я не успела забежать к Айвору и сообщить ему о несчастье с Терри.
В больнице Сент-Джордж доктор Кардью тут же решительным шагом куда-то направился, явно чувствуя себя повелителем этой вселенной, а за Терри пришла какая-то чопорная матрона и увела ее, попытавшись, впрочем, успокоить Клару гордым заявлением: «Вашему мальчику повезло, это самая лучшая больница в мире!» Клара осталась ждать в коридоре и долго сидела в полном одиночестве, сгорбившись, упершись локтями в колени и пристроив подбородок на сцепленные пальцы; в итоге на коленях остались красные пятна от локтей.
Наконец появился доктор Кардью. Он остановился перед Кларой в несколько театральной позе – сняв шляпу и прижав ее к груди, – и его тень на больничной стене казалась огромной, раза в два больше, чем он сам. Клара, снедаемая голодом и беспокойством, ждала его приговора, с ужасом глядя на эту тень.
– Мисс Ньютон, это
– Слава богу!
Однако доктор Кардью и его тень выглядели по-прежнему мрачно.
– Это еще не все.
Клара вздрогнула. В присутствии доктора она частенько чувствовала себя глупой и жалкой. А он продолжал:
– Дело в том, что она, по-моему,
У Клары перехватило дыхание.
– Господи, доктор, как это – сама?
– Может быть, есть некая причина, заставившая ее решиться на такое… членовредительство. Ей ведь, похоже,
И Клару вдруг охватило странное чувство – словно сама она где-то далеко отсюда, а с доктором беседует кто-то другой, и речь идет о какой-то незнакомой девочке, попавшей в больницу. Господи, ведь всего восемь месяцев назад она ни с кем из этих людей даже не была знакома! А теперь они ждут от нее важных решений, касающихся детских судеб. Как все это странно, словно вверх дном перевернуто! Неужели не нашлось другого человека, лучше подготовленного для решения подобных задач? Как было бы хорошо, если бы рядом с ней оказались Айвор или Джуди. Сама она чувствовала себя настолько непрочной, что, казалось, один порыв ветра – и ее унесет прочь.
Нет, она должна защитить и себя, и детей. Это ее прямая обязанность. Но что все-таки происходит с Терри? Неужели это связано с их визитом к той полоумной бабке?
Доктор Кардью, терпеливо ждавший ее ответа, не выдержал:
– Мисс Ньютон?
– Да-да. Я непременно с ней поговорю.
Она вспомнила, как Айвор рассказывал о своей воспитательнице, сестре Кейт, которая всегда умела их
И возникло ощущение собственной ненужности, заброшенности, которое с тех пор никогда уже ее не покидало.
В больнице стояла тишина; сильно пахло дезинфицирующей жидкостью. В узкой и длинной палате было несколько детей. Один, совершенно лысый, сидел и читал «Далекое волшебное дерево»[21], остальные спали, прижимая к себе игрушечных медвежат или собачек. Еще один ребенок забавлялся с резинкой, пытаясь сделать «колыбель для кошки». Клара тоже любила в детстве играть в плетенку и решила своих детей тоже этому научить, а резинки, наверное, найдутся у Айвора.
А где же ее ребенок?
