— Возьмите его на руки, — предложила сестра Уоллис. — Всего на несколько минут.
— Нет. Я не могу. Не могу. — Цоканье каблуков возобновилось, потом замерло. — Разве вы не можете найти ему кормилицу?
— Могу, но они все иммигрантки или цветные. К тому же кормилица стоит денег. Кто станет за нее платить? А мальчик голоден уже сейчас.
Миссис Хадсон хотела еще что-то сказать, но ребенок снова зашелся душераздирающим ревом.
— Прошу вас, миссис Хадсон, — продолжала уговаривать сестра Уоллис. — Не знаю, когда он ел последний раз.
Пия не могла больше выносить плач ребенка, с каждой секундой все более громкий и отчаянный, и боялась сама закричать, если женщины не сделают что-нибудь. Может, налить воды в бутылочку и напоить бедного младенца, чтобы хоть как-то унять голод? Неужели они так и будут слушать его надрывные вопли? Если сестра Уоллис действительно неравнодушна к судьбе мальчика, то какое ей дело до происхождения кормилицы? Раз мать малыша не говорит по-английски, значит, он и сам из семьи иммигрантов. В чем тогда разница? Ребенок кричал, казалось, целую вечность и наконец стал потихоньку затихать. Он еще несколько раз всхлипнул и умолк.
Пия вздохнула с облегчением. Наверно, у сестры Уоллис все-таки была с собой бутылочка с молоком. Так почему же она так долго не доставала ее? Сестра явно пыталась оказать давление на миссис Хадсон, играла на ее несчастье. Пия пришла в ярость. Чем больше она узнавала сестру Уоллис, тем меньше доверяла ей. Убедившись, что ребенку дали поесть, она пошла по коридору в кухню.
И вдруг услышала плач миссис Хадсон.
— Прости меня, Лео, — хриплым, дрожащим голосом произнесла хозяйка. — Но я должна помочь этому бедному голодному мальчику. Умоляю, прости меня. Обещаю, что не забуду тебя до конца своих дней.
Пия сидела на ковре на полу в комнате девочек и играла с ними, когда вошла заплаканная миссис Хадсон с младенцем на руках. Софи и Маргарет подняли головы и застыли с растерянным выражением на невинных личиках. Элизабет, погруженная в свой маленький мир, напевая, продолжала складывать кубики. Миссис Хадсон с досадой взглянула на Пию, словно беспокоясь о том, что подумает няня. Девочка изобразила удивление и встала, чтобы поприветствовать хозяйку. Прошло всего несколько минут после ухода сестры Уоллис, и Пия не знала, забрала она с собой мальчика или нет, так что удивление отчасти было неподдельным. И если честно, девочка обрадовалась, что миссис Хадсон согласилась заботиться о малыше. Если ее братья живы, можно надеяться, что их тоже кто-нибудь опекает. Пия оправила платье и слегка улыбнулась хозяйке, чтобы показать свое одобрение. Софи и Маргарет с изумлением смотрели на ребенка на руках у матери.
— Не удивляйтесь, — сказала миссис Хадсон девочкам. — Мы позаботимся о нем несколько дней, пока сестра Уоллис не найдет ему новую семью. — Она села в кресло-качалку, и старшие девочки подошли к ней. Софи мягко отодвинула край одеяла от маленького личика, чтобы получше разглядеть младенца.
— Откуда он взялся? — неожиданно по-взрослому произнесла Маргарет.
— Его мама очень больна, — объяснила миссис Хадсон, — а отца не могут найти. Поэтому сестра Уоллис принесла его к нам.
— Ой, мамочка, — высоким и отчаянным, совсем детским голоском отозвалась Маргарет, — я сейчас заплачу.
— Я и сама готова плакать, — призналась миссис Хадсон.
Заинтересовавшись, почему все собрались вместе, Элизабет неуклюже поднялась на ножки, поковыляла к креслу и заглянула через подлокотник. Увидев ребенка, она заулыбалась и захлопала пухлой ручкой по голове малышка, как по мячику.
— Осторожно. — Миссис Хадсон дрожащей рукой защитила мальчика.
Элизабет засмеялась:
— Ео!
Миссис Хадсон едва не разрыдалась.
— Нет, дорогая, это не Лео, а другой мальчик. Это не твой брат.
— Ео! — снова с восторгом воскликнула Элизабет. — Ео, Ео, Ео. — Она хлопала в ладоши и подпрыгивала.
Миссис Хадсон опустила голову.
Пия подошла ближе.
— Можно мне подержать его, мэм? — спросила она.
Миссис Хадсон с благодарностью взглянула на няню и протянула ей малыша. Пия заглянула в бледное осунувшееся личико, и младенец сонно заморгал карими глазами. Симпатичный мальчик, с густыми темными кудрявыми волосиками, полная противоположность светловолосому Лео и всей семье Хадсонов. Кончиками пальцев Пия нежно погладила его по щеке и лбу, проверяя, здоров ли он. Пия была уверена, что, несмотря на обещание найти мальчику новый дом, сестра Уоллис намерена оставить его у Хадсонов, а болезнь и смерть еще одного ребенка их совершенно раздавит. Доктор Хадсон наверняка осмотрит мальчика, даже если откажется взять его на воспитание, но Пия хотела сама проверить его самочувствие. К счастью, она не почувствовала ничего, кроме усталости, словно малыш переутомился и изголодался. Это было неудивительно, раз его недужная мать не могла должным образом заботиться о нем. Успокоенный ее лаской, младенец закрыл глаза и начал засыпать. Пия взглянула на миссис Хадсон, которая с тревогой в глазах наблюдала за няней.
— По-твоему, он здоров? — спросила хозяйка.
