Кинув взгляд в указанном направлении, я увидела идущих к нам Лира и Зои.
Мой сопровождающий уверенно шагал, не сводя с меня взгляд. Мягкое освещение играло на его непривычно серьезном лице, подчеркивая неоспоримую красоту мужчины, который, совершенно точно, ни в чем не уступал представителям элит. Плавные движения его мощной фигуры заставляли женщин страстно рассматривать его исподтишка. Лир источал уверенность и стать, которой невозможно было не восхищаться.
Щебечущая рядом с ним Зои казалась еще миниатюрнее и нежнее обычного на контрасте с его внушительными размерами. Я сделала мысленную пометку, что они прекрасно смотрелись вместе. Старший брат наконец-то заслужил доверие младшей сестры, завоевав ее внимание и расположение. Я была счастлива видеть приветливый взгляд Зои, адресованный тому, кто в нем нуждался как никто другой. У Лира… должен быть человек, который будет его любить…
– Идем, – сказал Лион, снова кивнув в их сторону.
Я знала, что должна сдвинуться с места, но не могла.
Тело стало тяжелым и совершенное неподвижным. Тугой ком сковал горло, а дыхание неестественно участилось. Я словно была связана невидимыми цепями, удерживающими меня на самом краю обрыва.
Не могла приблизить миг… расставания.
Казалось, если останусь здесь, то смогу удержать то, что вот-вот будет утеряно навсегда.
Только сейчас, опомнившись, я поняла, что Лир перестал быть моим сопровождающим, оставив эту должность в прошлом…
Лион поцеловал меня в макушку и неспешно обошел. Протянув Зои руку, он что-то сказал. Она метнула в меня сочувствующий взгляд, кивнула Лиону, и они направились куда-то.
Еще ничего не произошло.
Еще ни одного слова не было сказано, а мои глаза уже сполна искрились слезами.
Лир медленно шел ко мне, и его молчание было громче любых слов. Он двигался медленно, его шаги казались тягучими, как само время, словно он тоже пытался оттянуть неизбежное.
Его взгляд был таким глубоким, что мне казалось, будто он видел все, что я чувствовала на самом деле. Протянув руку, Лир улыбнулся, но в этой улыбке было столько горечи, что она лишь сильнее сковала мое сердце.
Сглотнув, я почувствовала, как горячие слезы сами собой покатились по щекам. Они стали немым признанием того, что это прощание разрушит меня изнутри.
Я поджала губы, будто это могло остановить дрожь, которая окутывала меня со спины, пробегала по всему телу.
Моя лишенная силы рука несмело коснулась его ладони. Это было как первое прикосновение – неуверенное, способное разрушить хрупкую связь между нами, но в то же время наполненное отчаянным желанием удержать его рядом.
Лир наклонился, и я почувствовала, как его горячие губы коснулись моих пальцев. Это прикосновение было едва ощутимым, но оно проникло в самое сердце.
Мы впервые были свободны от оков проекта.
Мы впервые были просто Ати и Лиром…
Мы впервые были просто собой…
Несмотря на мои провальные попытки сдержать рыдания, Лир слабо кивнул и повел меня за собой.
Когда мы оказались среди медленно танцующих пар, он привлек меня к себе, подхватив одной рукой за талию, а другой чуть сжав ладонь. Я уместила свободную руку на его груди, так не хотелось… не хотелось терять его тепло… никогда.
Неспешно переминаясь с ноги на ногу, наша пара стала частью очередного верумианского торжества, прекрасно дополняя чувственную картину двумя неравнодушными друг к другу людьми.
И когда я думала, что больнее быть уже просто не может, Лир заговорил:
– Ати…
Он впервые так ко мне обратился, это немедленно добило меня.
– Лир… – Лоб безвольно уткнулся в его грудь, ведь я оказалась не в силах выдержать опустошение, которое безвозвратно выедало мое сердце.
Вокруг все казалось таким мирным – музыка, смеющиеся гости, сияющие огни. Но внутри меня царил хаос. Сердце разбивалось, словно тонкий лед под тяжестью шагов. Было трудно дышать.
– Посмотри на меня, – хрипло попросил Лир. И только встретившись со мной взглядом, он продолжил: – Неважно, что будет дальше, неважно, к чему мы придем и кем станем, пожалуйста, помни – я всегда буду на твоей стороне.
– О, Лир… – Слова застряли у меня в горле, слезы начали душить. – Лир, пожалуйста… не уходи. Я не справлюсь без тебя.
– Ты знаешь… – Лир вздохнул, его глаза потемнели от боли, которую он скрывал, – что это не в моих силах. Мне неизвестно следующее задание и каким будет его исход. Я всего лишь мутант.
Я поджала губы, преодолевая невыносимую тяжесть во всем теле.
– Ты самый замечательный, самый чуткий и верный мутант на свете, – глотая слезы, говорила я, – все это так несправедливо…
– Сейчас это неважно, – отрезал он. – Будь счастлива. Ты этого достойна. Быть частью твоей жизни, твоей истории… Это было больше, чем я мог просить. Ты многому меня научила и приняла таким, какой я есть. Спасибо.
Каждое его слово разрушало меня.
Моя рука крепко сжала его, будто через прикосновение я могла передать всю боль и любовь, которые не могла выразить словами.
– Я люблю тебя, Лир, – призналась я. – Люблю и тоже хочу, чтобы ты был счастлив. Ладно?
Он раскатисто рассмеялся, а затем широко улыбнулся, глядя мне прямо в глаза.
– Обещаю.
