Система мира полностью

– Гука очень интересовали мышцы, – вставил Даниель. – Он изучал их под микроскопом и пытался сделать искусственную мышцу, чтобы полететь. Вот она бы вполне описывалась законами механической философии, ведь в конечном счёте была бы просто воздухосжимательной машиной и, как таковая, подчинялась закону Бойля. Будь у Гука больше времени и более сильные микроскопы, он отыскал бы в мышцах крохотные механизмы, подобным же образом описываемые механическими законами. Тогда все якобы загадки разрешились бы…

Даниель замолчал, потому что и Ньютон, и Лейбниц замахали руками, как будто он испортил воздух, и они отгоняют дурной запах.

– Вы совершенно не о том! – воскликнул Лейбниц. – Меня не интересует физика мышц. Подумайте, если бы Гук построил свой летательный аппарат, приводимый в движение, детерминистски, газовой машиной, что ещё он должен был бы добавить к своему устройству, чтобы оно взлетело на купол Бедлама и утвердилось там, невзирая на порывы ветра, а затем вновь пустилось в полёт, а не рухнуло, как подбитый голубь? Я пытаюсь привлечь ваше внимание к тому, что идёт по нервам от мозга: решениям или, вернее, их физическим проявлениям, так сказать буквам, которыми они пишутся; тому, что передаётся мышцам, чтобы они могли наполнять смыслом безвидное и пустое.

– Я вас понял, – сказал Даниель, – и утверждаю, что всё, с самого верха – поршни и цилиндры, гири и пружины. Мне не требуется иных объяснений того, как я пишу, а птица – летит.

– И тут с вами согласен! – сказал Лейбниц.

Наступило обескураженное молчание.

– Неужто я так легко обратил вас в материализм? – спросил Даниель.

– Отнюдь нет, – возразил Лейбниц. – Я лишь говорю, что, хотя телесная машина подчиняется детерминистским законам, она делает это сообразно желаниям и повелениям души вследствие предустановленной гармонии.

– Я попрошу вас объяснить подробнее, – сказала принцесса. – Ваш тезис очень трудно понять.

– Главным образом потому, что он неверен! – вмешался сэр Исаак.

Каролине пришлось буквально встать между двумя философами.

– Тогда мы все согласны, что барону фон Лейбницу следует подробнее изложить учение о предустановленной гармонии, – сказала она. – Однако прежде я хотела бы услышать, как сэр Исаак толкует явления, о которых говорили сейчас доктора Уотерхауз и Лейбниц. Сэр Исаак, оба джентльмена утверждают, что их вполне устраивает объяснение, согласно которому всё, с самого верха, представляет собой набор механизмов. А вас? Нужно ли вам что-нибудь ещё?

Ньютон сказал:

– Если мы допускаем, что не только мускулы, но и нервы, и самый мозг, как изволил выразиться Даниель, «поршни и цилиндры, гири и пружины», действие которых может быть изучено и описано неким будущим Гуком, нам всё равно придётся объяснить, как движет этими механизмами душа, дух или какое уж там слово мы будем употреблять – то, что обладает свободной волей, не подчинено детерминистским законам и делает нас людьми. По сути, мы вернулись к проблеме, которую обсуждали раньше и которую вы, Даниель, нашли такой скучной: проблеме взаимоотношений Бога и вселенной. Если Бог – более чем отсутствующий помещик, более чем совершенный часовой мастер, который запустил Свои часы и ушёл, то мы должны объяснить, как Он влияет на движение всякой вещи в мире. И это приводит нас к загадочному явлению, называемому силой. Рассуждая об анимальных движениях, мы в конечном счёте приходим к тому же вопросу: как душа, обитающая в теле, влияет на ход больших дряблых часов.

– Я в корне несогласен, – вмешался Лейбниц. – Душа и тело вообще не влияют друг на друга!

– Тогда откуда моя душа знает, что пламя свечи колеблется? – спросила принцесса Каролина. – Ведь я вижу его колебания глазами, частью моего тела?

– Потому что Бог вложил в вашу душу представление об этой свече и обо всём остальном во вселенной, – сказал Лейбниц. – Но Бог в любом случае воспринимает вселенную иначе! Он воспринимает все вещи, потому что беспрестанно их творит. И я отвергаю всякие аналогии между отношениями Бога с вселенной и нас с нашими телами.

– Я вообще не понимаю гипотезу барона фон Лейбница, – признал Исаак.

– Какова же ваша гипотеза, сэр Исаак?

– Что большая часть животного тела – детерминированная машина, я согласен. Что ею управляет мозг, доказано Уиллисом и другими. Отсюда следует, что по законам, избранным Богом, душа имеет власть действовать через мозг и таким образом влиять на анимальные движения.

– Снова Декарт с его шишковидной железой! – фыркнул Лейбниц.

– Он заблуждался насчёт шишковидной железы, – сказал Ньютон, – но я готов признать некоторое формальное сходство между его образом мыслей и моим.

– То есть, – перевёл Даниель, – есть способ, которым свободный, бестелесный, немеханический дух может производить физические изменения в работе механизмов мозга.

– Я полагаю сие очевидным, как и факт, что Бог, который также является бестелесным Духом, имеет власть производить физические изменения – то есть прикладывать силу к каждой вещи во вселенной.