Хоть стражники и не давали кричать, народ всё равно что-то обсуждал вполголоса.
— Братан, ты точно уверен? — спросил мужик передо мной у своего товарища. Второй выглядит нервно, и казалось, что он очень долго не спал. Крупные синяки под глазами и оборванные концы робы делают его похожим на самого обычного исхудалого пьяницу.
— А есть ли выбор? — мужчина ухмыльнулся и покачал головой. По его глазам было видно, что тот настроен решительно. — Либо умру, либо дети увидят лучшее будущее, чем у меня.
Да, в этом мире даже практик на третьей стадии мёртвой плоти ничего не стоит и практически не отличается от обычного человека. Он нищий и хочет подарить детям лучшее будущее, но как это сделать, если не броситься в огонь древних руин? Умрёт или урвёт свой шанс, который обменяет на валюту и заживёт полноценной жизнью. Сколько здесь таких среди сотен солдат удачи? Буквально отовсюду можно услышать те или иные обсуждения — зачем они здесь и какую цель преследуют. Теперь мне кажется, что моё желание посмотреть на потуги практиков будет жутко оскорбительным по сравнению с их желанием сделать будущее детей и своих жён лучше.
Но разве я в этом виноват? Нет, конечно. Я тоже заплатил свою цену, чтобы оказаться в этом мире, плюсом ко всему никто не спрашивал меня, хочу ли я оказаться в шкуре слабого ребёнка, против которого ополчилась вся деревня дикарей.
Не суть. Просто не буду вслушиваться в их разговоры, чтобы не портить себе настроение. Закрыл глаза и, ориентируясь по звуку шагов людей впереди, медленно двигался дальше по очереди.
Мне понадобилось больше двух часов на то, чтобы преодолеть очередь и оказаться лицом к лицу с жестокими стражниками, от которых разит кровью за версту. Они проводили меня холодным взглядом, словно перед ними не живой человек, а кусок мяса, и сразу же отвернулись, стоило мне войти внутрь здания.
Снаружи всё в полном хаосе — гул людской стоит, несмотря на присутствие имперской стражи. Но когда нога переступила порог, все звуки моментально пропали. Не знаю, то ли это дело каких-то мудрёных рун, то ли просто звукоизоляция в этом помещении выполнена на высшем уровне. Осторожно переступил небольшой выступ чуть дальше порога и оказался на идеально вылизанном полу. Это паркет, но не обычный! Некоторые доски покрыты мелкими рунами. Боюсь даже представить, сколько эта роскошь стоит — и только имперцы могут себе это позволить, или великие семьи. Паркет сам очищается и убирает все грязные следы — вот почему даже после стольких людей, что побывали здесь, он всё так же чистый.
Удивительно. Нет, это невероятно! Даже в своём прошлом мире не было подобной технологии — либо она просто не вышла в массы… Чёрт, этот мир преподносит мне всё больше и больше умопомрачительных открытий!
Впереди была лишь одна стойка, за которой стояла миловидная девушка лет тридцати-тридцати пяти. Одетая в строгий чёрно-красный костюм, наподобие униформы имперской стражи. На её лице нет улыбки — только холод. Она явно не воспринимает меня как человека. Странно это всё — по сути, я такой же практик, как и любой имперский воин. Или, может быть, всё дело в моём слабом статусе солдата удачи?
Я подошёл поближе и произнёс:
— Я хотел бы записаться в экспедицию к древним руинам.
— Возраст, пол, имя, стадия практики.
— Двенадцать лет, мужской, Алекс, пик пятой стадии мёртвой плоти, — отчеканил это за пару секунд, отчего девушка подняла удивлённо бровь.
— Какая цель? — спросила она, не отрывая глаз от белоснежной бумаги, на которую красивым почерком выписывала мою информацию.
— Ну, наверное, как и все, ищу свой шанс, — ответил я.
— Наверное? — она отложила перо в сторону и, прищурив глаза, прошлась по мне взглядом. — Талант или алхимические лекарства?
После её слов я жутко напрягся, но не подал вида. На памяти ещё свежи слова Саймона о том, что не стоит появляться таланту вроде принца Эмунгара, который самостоятельно поставил на колени большое количество великих семей. Нужно соврать, нельзя говорить, что…
А, о чём это я вообще? Всё моё самосовершенствование зиждется на том, что я только и жру лекарства… Ха-ха-ха! Да мне и врать-то не придётся!
— Лекарства, конечно. О каком таланте может идти речь? Я самый обычный нищий из трущоб, которому чуть повезло в жизни, — покачал головой с грустной улыбкой на лице и тяжело выдохнул, показывая тем самым своё разочарование в этой жизни.
— Это твой жетон. Он содержит всю информацию о тебе на случай, если имперская армия или великие семьи захотят тебя проверить. Ты предоставишь им это. Прикрепи на грудь и не вздумай снимать, иначе… смерть, — произнесла девушка. Она сунула мне в руки металлический жетон, и я бережно принял его.
— И долго мне носить его? — это, пожалуй, был самый главный вопрос, который я хотел задать ей.
— До момента, пока не выйдешь из древних руин. Потом его нужно будет вернуть мне, — кивнула и мотнула головой, что мне пора на выход.
