— А, ну да, логично, — удовлетворённо кивнула Кикимора. — С кем же ещё!
— Почему? — опешила я. — Она что, предпочитает исключительно брюнетов?
— Да нет. Но вы же всё равно скоро улетаете, — пояснила Мальвина. — А отношений Гелара не заводит ни с кем.
— Что, совсем не заводит? — поразилась я. — Но почему? — решила не упускать случай что-то наконец разузнать.
Драконицы переглянулись, засомневавшись, стоит ли сплетничать. Хотя было видно, что у обеих буквально чешутся языки.
— И давно? — добавила я ещё вопрос, желая всё же подтолкнуть их.
— Так после развода и не заводит, — не удержала-таки язык за зубами Кикимора.
Итак, Геларин муженёк действительно умер исключительно для неё самой. А вообще, вероятно, живёт и здравствует.
— То есть муж её бросил, и поэтому Гелара… — решила уточнить Джита.
Однако Мальвина перебила её с жёсткой усмешкой:
— Ну, кто кого бросил — это ещё вопрос. Фидену оставалось только радоваться, что всё же унёс отсюда ноги живым вместе со своей любовницей.
— И где он теперь? — полюбопытствовал Ярнил.
— Свалил в другой клан, — поведала Кикимора. — У нас их три. Однажды этот кобель, правда, имел глупость заявиться с попытками примирения. Но Гела сказала ему, что, если увидит его ещё раз, — точно прибьёт!
— И правильно, — гневно бросила Джита. — Надо было ещё и шкуру ему подпалить!
— Так я, между прочим, не шутила, сказав, что парочка мерзавцев насилу унесла из замка крылья, — хищно улыбнулась Мальвина. — Гелара — очень спокойная и выдержанная драконица, но если её всерьёз разозлить…
Вот, значит, какова истинная история. Рыжая поймала супруга на измене, и теперь вовсе не верит мужчинам. Потому и не хочет больше
Мда, печальная ситуация…
Ладно, то, что будет потом… это будет
Она тоже явно никуда от меня не стремилась. Лежала, тесно прижавшись своим разгорячённым телом, и выводила указательным пальцем какие-то узоры у меня на груди.
Это было столь необычно и… столь интимно. С Шантарой мы никогда так не лежали — либо сразу засыпали — каждый на своей половине кровати, либо бегом возвращались в лабораторию.
А как было с другими, я уже и не помню. Но сейчас в лабораторию я бы не побежал, даже если бы там синим пламенем горел какой-нибудь эксперимент.
— Что ты там рисуешь? — спросил я.
— Ничего, — улыбнулась рыжая. — Просто мне хорошо с тобой. А тебе не нравится? — Её рука замерла на месте.
— Нет, напротив, — ответил совершенно искренне. Эти лёгкие касания действительно пробудили во мне новую волну желания.
Она попыталась продолжить. Но я повернулся к ней и впился в её губы жарким поцелуем.
Ещё полминуты назад, казалось бы, сил не осталось вовсе. И вот я уже готов к новым подвигам.
Потрясающая женщина!
— Гела, ты тут не одна? — прозвучал вдруг обалдевший мужской голос.
Демоны, кого там ещё принесло так не вовремя?!
От двери на нас смущённо таращились оба братца рыжей.
— Вы что, совсем сдурели?! — возмутилась Гелара, пытаясь спешно прикрыться одеялом. Однако с этим были проблемы, поскольку лежали мы именно на нём. — Постучаться вообще в голову не приходит?!
Так, стоп, а где мой полог невидимости?! Неужели сам же снёс его в порыве страсти?
Впрочем, рыжие уже попятились в гостиную.
— Извини, не подумали… — на два голоса промямлили оттуда.
Зорген, к счастью, по-прежнему мирно спал. Хотя, конечно, всё равно бы ничего не понял и не запомнил.
И всё же нельзя настолько увлекаться!
— Дэс, Гив, вы чего хотели-то? — спросила Гелара, после их удаления за стену сменив гнев на милость.
— Так в столовую тебя позвать. Обед уже начался. Думали, ты время не заметила. Гела, мы правда не предполагали… — вновь начали извиняться братья. — Были уверены, что ты просто с мелким занята.
— Ладно, идите ешьте. Но впредь всё же не впирайтесь без стука, — строго предупредила она.
— Хорошо, — пообещали они опять на два голоса.
Послышались шаги, звук закрывшейся двери в коридор.
— Намного братья младше тебя? — полюбопытствовал я.
— Да. Им всего сто девять.
— Почти ровесники моего Гира, — невольно улыбнулся. — Ему сто двадцать шесть.
— А у твоих детей тоже не такая уж маленькая разница, — заметила рыжая.
— Со старшим ещё больше. Андеру уже триста сорок восемь.
— Так у тебя ещё один сын имеется? — распахнула она глаза.
— Да, — кивнул я. — Но с ним отдельная история. — И вот кто меня за язык тянул!
— Старший не от Шантары? — тут же предположила драконица.
— Да нет, от Шантары, конечно. История совсем в другом.
— В чём же? — заинтересовалась она. Даже на локте приподнялась, заглядывая мне в глаза.
Мне захотелось зарычать — на себя, за болтливость и идиотизм! Не хватало только поведать ей, как оставил родного сына в одиночестве
— Не хочу сейчас говорить об этом, — буркнул, отведя взгляд.
— Ладно, — не стала настаивать рыжая. — Ну что, пойдём обедать?
