— Анри…эл, — решил всё же не сокращать его имя, раз уж у них это не принято, и пусть с заминкой, но окончание добавил. — Я женат, и компрометирующие слухи мне совершенно не нужны, — пояснил со всей откровенностью. Вернее, насчёт своего статуса приврал, конечно, но сути дела это не меняло.
— Однако, придя в спальню к женатому мужчине, скомпрометировать она могла только себя, — заметил он.
Вот тут я бы поспорил… но не стал.
— Компрометировать девушку я тоже совершенно не хочу.
«Причём её — ещё больше чем себя», — добавил уже мысленно.
— Хорошо, идём, — кивнул Анри, застёгивая последнюю пуговицу на рубашке.
В мою спальню мы зашли вместе. Блондинка в ожидании успела задремать. Правда, вовсе не на постели, как я опасался, а в кресле. Однако при нашем появлении тут же открыла глаза.
— Анриэлла? — глава вампиров изумлённо вскинул бровь. — Что ты здесь делаешь?
— Анриэл? — девушка тоже порядком удивилась. Причём, в отличие от брата, наверняка вполне искренне. Однако не сказать чтобы его явление смутило её хоть сколько-нибудь. — Я хотела поговорить с Генри, — она улыбнулась брату, а затем смазала по мне оскорблённым взглядом.
— Поговорить о чём? — оторопело вымолвил я.
— Уже неважно, — отрезала Анриэлла, качнув головой. — Вероятно, я выбрала для разговора неподходящее время. — Она поднялась с кресла, взяла брата за руку, потянула его к выходу и добавила почти что на ухо: — Просто я думала, ему не терпится освободить жену — вот и поспешила поделиться идеей. Но, видно, ошиблась, — в голосе явственно зазвучали мстительные нотки.
На пороге Анриэл обернулся и послал мне весьма выразительный взгляд — мол, вот видишь, ты всё неправильно понял.
Они удалились. А я стоял и смотрел на затворившуюся за ними дверь, ощущая себя то ли сволочью, то ли придурком. Понятное дело, Анриэлла однозначно догадалась, что брат пришёл сюда среди ночи отнюдь не по своей инициативе. Но действительно ли её посещала какая-то идея, как вызволить Кусаку, я, похоже, не узнаю уже никогда.
А вдруг она правда придумала что-то дельное?
Несколько секунд братец изучал меня недоумённым взглядом, потом перевёл его на Шэнзая.
— Ты обещал показать мне
— Женщина решила поиграть в упрямое животное, — ответил вождь, недовольно скосив на меня глаза. Похоже, он был уверен, что ему удастся уговорить меня перекинуться до прихода Шэнроя, а теперь злился, что пришлось опозориться перед братом.
— Ты, наверное, лишком мягок с ней, — предположил Шэнрой.
Вот чёрт, а родственник-то, кажется, поопасней самого Шэнзая будет.
— Да она вообще какая-то странная, — скривился вожак. — Чем больше на неё давишь, тем сильнее она сопротивляется.
Не странная, идиот, а нормальная. Но мыслишь верно — с попытками подчинить ты не по адресу.
— И что, даже не ест? — спросил Шэнрой, бросив взгляд на остывающий завтрак.
— Ест, — ухмыльнулся Шэнзай. — Когда никого нет. Перекидывается и ест.
— Её бы в клетку, — задумался вслух братец.
Что?! А он действительно отморозок ещё тот!
Я глухо зарычала.
— Брат погорячился, — поспешил успокоить меня Шэнзай. — Конечно же, никакой клетки не будет.
Кажется, он вновь сменил манеру поведения, теперь уже пытаясь выигрышно смотреться на фоне братца.
— А зря, — ухмыльнулся Шэнрой и вызывающей походкой покинул комнату.
— Иногда брат бывает резок, — заметил оборотень, когда в коридоре стихли шаги.
Иногда?! А по-моему, он пожизненная сволочь.
— Ладно, Кусака, пойду я, — сказал Шэнзай и добавил что-то ещё, но эти его слова утонули в моём яростном лае.
Не сметь называть меня Кусакой! Звучит, конечно, по-другому, однако сути прозвища это не меняет.
— Ой! — вскинул руки Шэнзай. — Какие мы свирепые!
С этими словами он вышел. Но уже через секунду его голова появилась из-за шкуры.
— Про праздник не забудь, — напомнил он.
Ты имеешь в виду, что нужно заранее забаррикадировать дверь? Было бы чем. Стола и топчана мне не хватит. Учитывая, насколько убойный напиток этот арахо, проход нужно бетонировать, желательно с арматурой.
Застолье началось в обед. Где именно оно проходило, я понять не могла, но было очевидно, что где-то в пределах пещеры. Всё, что я слышала, это неясный гул множества голосов.
Еды мне не принесли, поскольку подразумевалось, что поем вместе со всеми. И, надо полагать, ужина я тоже лишена.
Полчаса назад приходила Таза, приглашала меня на праздник. Я перекинулась и вежливо отказалась, мотивировав это тем, что очень зла на виновника торжества, а также на его брата. Оборотница понятливо помотала головой и пообещала притащить со стола что-нибудь вкусненького.
К этому заявлению я отнеслась скептически, поскольку сильно подозревала, что вкусненькое мне принесёт Шэнзай.
Время текло, а вместе с ним нарастало и напряжение. Каждая минута приближала появление зеленоухого самца.
И вот эти тяжёлые шаги в коридоре. Всё ближе и ближе.
Шкура взметнулась, как парус в шторм. Передо мной возник… Зеленоухий. Самец. Но не Шэнзай.
Проклятущий брат! Вот только тебя для полного счастья не доставало!
