Впрочем, вскоре пришло осознание — нужно было незамедлительно убираться прочь, пока вдруг демон не соизволил выйти наружу повеселиться и… не причинил вред единственному за столько лет человеку, который был к ней добр. Алекс быстро собрала свой скудный багаж и уехала в неизвестном ей самой направлении, размышляя над тем, в какую бы это дыру забиться и обдумать, что делать дальше. Но каково же было ее удивление, когда на одном из вокзалов к ней на скамейку подсел Кевин и спокойно спросил: «И чего убегаем?» Алекс даже ответить ничего не смогла, настолько была удивлена. А окончательно нокаутировал ее непринужденный разговор о демонах. Кевин знал об их существовании. И знал, как ей помочь. В тот момент Алекс и почувствовала, как внутри Ранта начала «закипать», угрожающе медленно, готовясь вот-вот сорваться с цепи от любого неосторожно произнесенного слова. Оттого Алекс, ничего не объяснив, подскочила и уже хотела бежать подальше из людного места. Но Кевин успел ее схватить, а затем, обхватив сзади, надел что-то на шею, даря некое… умиротворение? Этакий штиль после бури. Алекс будто впервые в жизни вдохнула полной грудью, ей стало легче дышать. Она прислушалась к своим ощущениям и поняла, что демон не просто успокоился, а словно вовсе исчез, забрав с собой каменные оковы с ее сердца.
Как выяснилось, Сарга еще в больнице почувствовал, что внутри Алекс было «что-то непослушное». И чтобы девушка, хоть и неосознанно, вдруг не навредила другим пациентам, пригласил ее к себе: в дом, защищенный от темной энергии. Однако он даже и не предполагал, что та была в курсе о своей связи с демоном. Кевин хотел незаметно помочь ей, чтобы Алекс спокойно смогла жить дальше, не поддаваясь влиянию монстра внутри себя. Именно поэтому и одолжил ненадолго ее цепочку, дабы наложить заклинание, которое будет сдерживать демона. Только вот вернуть не успел: кто-то удрал прямо из-под носа.
Кевин поведал Алекс о своем даре, из-за которого мог видеть проявление нечисти в нашем мире. Человек, охваченный демоном, излучает самый разнообразный спектр цветов в зависимости от намерений «паразита». У Алекс же цвет стабильно оставался голубовато-сиреневым и тянулся неким шлейфом, оставляя за собой незначительное количество энергии. По этим со временем исчезающим «остаткам» Кевин и нашел ее. И Алекс верила, верила всему, что он говорил. Она испытала такое неизъяснимое глубокое облегчение, словно с ней разделили ту часть оков, которую она в одиночестве тащила за собой много лет. Встретить обычного человека, который спокойно мог общаться и находиться рядом с такой, как она, казалось, было невозможно. Но каким-то образом это стало явью. Ослепленная самым настоящим «чудом» Алекс доверилась мужчине, полностью положилась на него и приняла помощь в постройке своей новой жизни.
Кевин помог ей с документами, помог снять недорогое, но опрятное жилье, найти работу, новых друзей и знакомых и, главное, дал то, чего ей не хватало больше всего — обычную человеческую поддержку. Алекс тогда действительно чувствовала себя счастливой. И это счастье, любовь, теплоту смог подарить ей всего один единственный человек. Может, ради этого и стоит жить? Чтобы хоть один человек из всех, повстречавшихся вам на пути, не ища выгоды, не преследуя каких бы то ни было грязных целей, сказал, что вы прекрасны и, даря свою заботу, оставался рядом даже в самые тяжелые времена? Это все, что нужно было Алекс, чтобы исцелить свою душу. Именно это заставило ее смягчиться и поверить, что у нее все еще есть шанс.
Только вот все так же быстро рухнуло, как и началось.
В один будний день ей позвонил коллега по работе и умоляюще-обеспокоенным тоном попросил поменяться с ним сменами. Она без особых раздумий согласилась, ведь пока что не была обременена вечно болеющими маленькими детьми. Тем вечером по дороге в офис Алекс услышала в одном из переулков так знакомые ей звуки потасовки типичных персонажей: «жертва» и «вымогатели». На тот момент она еще могла контролировать Ранту, поэтому бояться особо было нечего и она решила вмешаться. Но пришлось резко остановиться у самого поворота здания, ведь тогда Алекс поняла, что «вымогателями» были вовсе не люди. Прямо в жилом районе, не особо боясь и скрываясь, нечисть проводила какой-то обряд, из-за которого пожилой мужчина, валявшийся спиной на асфальте, корчился от боли так, будто его изнутри били током. Через кем-то установленный промежуток времени его грудь стремительно подскакивала вверх, а затем плавно опускалась. Очередной рывок — незнакомец тихо захрипел, испуская изо рта пену; еще один — и, сделав последний глоток воздуха, медленно растворился в воздухе, словно призрак из старых фильмов.
— Хорошая работа, — послышалась похвала в темноте. — На сегодня с вас хватит, идите отдыхать.
