Госпожа Барякина не делится собственной технологией, вместо этого она предлагает перевод соответствующей главы, написанной зарубежным автором. Я не стану разбирать его метод - найдете сами, если захотите. Если коротко, то он сначала формулирует в одном предложении, о чем будет роман, потом развивает предложение в абзац, абзац - в две страницы, и так далее, пока от героев и событий не станет настолько тесно, что понадобится целая таблица. По ходу, этапе на четвертом, образуется аннотация - синопсис, которую после можно будет послать издателю; в итоге черновик пишется приблизительно за три недели.
Это чем-то напоминает фантик, который последовательно разворачивается. Хорошо, если сам, тогда это больше похоже на распускающийся цветок; если по принуждению - нет, мне это не по душе. Еще это можно сравнить с матрешкой "наоборот": мелкие не вынимаются, а последовательно обрастают большими. Пожалуй, этот метод больше пригоден к работы в жанре нон-фикшн.
В общем, кому-то этот метод пригодится, кому-то нет.
Я поступаю иначе, я пишу по ходу возникновения мыслей, и у меня не бывает четкого плана. Я вытягиваю "рыбу", а не разворачиваю фантик. Иногда мне приходится слышать: и как ты можешь писать, не зная, чем это кончится? Это не так; как правило, я знаю, чем все кончится, но как оно будет развиваться - согласен, этого я не знаю.
Я уже говорил, что и мой вариант не всегда оказывается возможным, но в идеале он выглядит так: есть финал, не больше абзаца или даже предложения, или фразы; есть несколько событий, представляющихся весьма расплывчато и практически не связанных друг с другом, но события эти так или иначе желательны мне, я чувствую, что они уложатся в концепцию, которой, кстати, тоже еще нет в четко оформленном виде; они - элементы "рыбы". Я примериваюсь, с какого события мне сподручнее начать, и начинаю писать. Пишу я сразу будто набело, хотя получается, естественно, черновик, который приходится править.
Существует и метод "мозаики" - та самая набоковская "карточная" система. Роман выкачивается, как фильм с "торрентов", частями, сегодня - фрагмент из середины, завтра - предисловие. Конечно, общий замысел совершенно необходим; мне кажется, что он, существуя абстрактно, обитает где-то над облаками, а на земле проступает поначалу разрозненными пятнами, которые сливаются. Наверное, в своем умозрительном бытии он проработан подробнее, чем при использовании методов "матрешки" и "рыбы".
Итак, "матрешка" - планирование, "рыба" - стихия, "мозаика" - нечто среднее и, по моему мнению, лучшее; "регулируемый рынок". К сожалению, я не умею писать "мозаикой". Создается впечатление, что пользоваться этим методом могут лишь весьма и весьма одаренные люди.
Ладно, давайте дальше. Что там следующим пунктом у госпожи Барякиной? Как написать интригующее начало, отлично. Идем по ссылке... не пускает. Надо зарегистрироваться. Хорошо, регистрируюсь. Шаг второй: выберите форму оплаты...
Э-э, нет. Я и сам напишу. Я не настолько богатый литератор, чтобы платить за сведения о написании книг.
Какие бывают варианты начала?
В начале главное, чтобы читатель стал читать дальше. Если он увидит, что "Тихие заводи покрылись туманами, а кукушка откуковала сто пятьдесят раз", то может и заскучать. Так что я предпочитаю начинать с события, причем по сюжету оно может иметь место в любой точке - в середине, в финале, в том же начале.
Начинать начало "с начала" имеет смысла лишь при одноколейном сюжете, который вытягивается себе, подобно макаронине, не отвлекаясь на спирали и ветви. Герой потерял (обрел), герой пошел, герой встретился, расстался, сразился, обрел (потерял). Событие, однако, обычно вызревает не в одиночку, это понятие сборное. Многочисленные причины и факторы объединяются в комплекс, и это напоминает нарыв. В каком-то одном месте терпение мироздания истончается, болячка лопается, и вот вам начало. Герой потерял нечто не просто так. Во-первых, это давно приуготовлялось недоброжелателями. Во-вторых, они хотели не лишить героя чего-то, а вообще уничтожить, но промахнулись. В третьих, это нечто угодило в руки героя случайным образом, нисколько ему не принадлежит и само нуждается в разъяснении, ибо не ясно, что это такое. В четвертых, героя воспитывали героем совсем для другого, а потому уничтожили ему память, и он ничего о себе не помнит. В пятых, он вовсе и не герой, потому что гибнет через шесть страниц.
Так что вовсе не обязательно начинать с потери. Можно потянуть за любую ниточку из этих шести. Вот с чего точно не следует начинать, так это с предисловия, в котором вы примитесь подробно расписывать, о чем ваша книга, для чего она и как вы ее написали. Мало кому удается сделать это изящно и лаконично, сразу начинает выпирать чрезмерно серьезное отношение автора к себе и к своему труда. Желание читать сменяется желанием подвесить писателя за левую ногу.