Никогда, ни при каких обстоятельствах не относитесь серьезно к продуктам собственного творчества! К самому процессу - да, это святое. К результату - ни в коем случае. К самим себе - тоже.
Итак, начать можно с обычного предложения, с диалога, с прямой речи; можно стилизовать начало под содержание выпуска новостей или газетную статью; поставьте в начало пробуждение, засыпание, убийство - как пожелаете. Вам предоставлена полная свобода выбора. Завязка может целиком определять конструкцию. Например, в агеевском "Романе с кокаином" смысл названия первой главы раскрывается лишь в последней фразе романа, "закольцовывающей" сюжет и повторяющей это название.
Для авторов нон-фикшн: что мешает начать сочинение на специальную тему художественным рассказом автобиографического содержания? По-моему, это только привлечет читателей. Пусть увидят, что вы человек, а не печатное устройство из офиса.
Когда вы сделаетесь маститым писателем, вы окажетесь вправе выпустить совершенно пустую книгу, чистые листы под обложкой, а началом романа будет слово "конец". Или "вот и все". Литературоведы и критики с благодарностью примут ваше детище и напишут десятки томов о причинах, побудивших вас совершить столь оригинальный поступок.
А теперь пара слов о кризисе. Кризис - вполне подходящая ситуация для завязки. В тексте, который мы здесь препарируем, на сей счет снова приводится переводная статья (из книги Ивена Маршалла) с оговоркой - рекомендации, дескать, адресованы совсем зеленым новичкам, однако и зрелым авторам полезно освежить в памяти основы. Советы таковы, что с ними можно согласиться. Кризис должен изменить жизнь героя, причем в худшую сторону - это верно. А вот с тем, что кризис должен соответствовать жанру произведения, можно поспорить. Историческое повествование может содержать сцены из современной жизни. В детектив может вторгнуться привидение - побыть немного и удалиться, не повлияв на сюжет. В дамский роман... нет, дамский роман есть дамский роман. Понятно, что не стоит писать дошкольникам об убийствах, но рамки жанра не должны превращаться в прутья решетки.
Маршалл пишет, что у героя должны быть высокие цели - для создания накала, иначе читатель не поверит, что цель оправдывает сюжет на полтысячи страниц. То есть героем руководят:
чувство долга
любовь
честь
достоинство
справедливость
товарищество
патриотизм
раскаяние
самоуважение
Не знаю, не знаю. Во-первых, героем могут руководить низкие чувства. Во-вторых, им может вообще ничто не руководить. Передонов из "Мелкого беса" Федора Сологуба или герои Щедрина - какие высокие чувства ими руководят?
Что руководит героями Кафки? Да, они ищут правды - скорее даже элементарного смысла, но в поисках этих настолько малы и беспомощны, что назвать их героями не поворачивается язык.
Вы скажете: что вы нам сразу суете Кафку и Щедрина? Мы же не Кафка. Да, но должен же быть ориентир, пускай (и лучше) недосягаемый! А на кого нам равняться? На стихотворца Гаврилу? (Я выбрал вымышленную фигуру, чтобы не указывать пальцем на здравствующих и процветающих).
Если кризис выглядит недостаточным, Маршалл предлагает его усугубить. "У вашего героя, сумасшедшего ученого, из дыры во времени вылез динозавр? Пусть все эпохи и времена вылезут все сразу и наводнят Землю!" Вот это дельно, с этим я готов согласиться. Вообще, не жалейте героя. Вы же Бог! Жалеют ли нас небеса? Посмотрите, как они с нами обращаются. Так что пусть на героя обрушатся все мыслимые и немыслимые бедствия (естественно, если содержание не сводится к их описанию).
Снова просят зарегистрироваться и заплатить, так что соображения госпожи Барякиной останутся для меня секретом за семью печатями.
Придется снова самому.
Что ж - кое-что по этому я уже говорил. Лично для меня, если окончание не явилось с самого начала, завершение произведения оказывается проблематичным. Не всегда, иногда идеи возникают по ходу написания, но чаще - нет, не стоит и браться.
Если окончание никак не придумывается, советую сделать вот что.
Звучит банально, но попытайтесь осмыслить заново: о чем вы пишете? Выше я говорил, что это не всегда бывает понятно даже автору. Рассказ (роман) написан, все хвалят, а писатель - в недоумении. Осторожно благодарит, будучи осмотрителен, и помалкивает, не решаясь открыть, что сам не знает, о чем написал. Когда до него доходит, он сам удивляется.
И вот: если вы так и не поймете, зачем и про что это все, почему и куда кто-то идет и что-то ищет, обратитесь к другим вашим произведениям. Начатым, но брошенным, или даже законченным.
Нельзя ли их свести? Может быть, они - фрагменты мозаики? Тут следует быть чрезвычайно осторожным и не допускать насилия. Может быть, герой уже законченного произведения чего-то не додумал, чего-то не сделал; он не выложился, не исчерпал себя - вдруг вы пишете продолжение? Попробуйте вставить его в новое повествование и посмотрите, что будет.