— Хватит, Карафа! — вскипела маркиза. — Даже если это и так, все равно нет никакого оправдания вашему поведению на родной земле. Нет никакого оправдания вашему поведению! Вас преследует армия кардинала под командованием де Чезаре, и вы явились в мое палаццо просить помощи во имя старинной дружбы наших семей. Я помогу вам, несмотря на то что мы находимся в разных лагерях, несмотря на то что за эти несколько месяцев ваши соратники-якобинцы не раз угрожали мне и оскорбляли. В Термоли, Санни-кардо, Роди-Гарганико, Вместе народ поднял знамена свободы. Но потом люди устали. И без помощи кардинала Руффо освободились от тех, кто мешал. — Маркиза поднялась. — Не беспокойтесь, генерал, здесь вы в безопасности, — продолжала она. — Сегодня ночью от правитесь с вашим отрядом в Роди-Гарганико. Велю приготовить две лодки. Вас проведут на север так скрытно, что с суши никто и не заметит. И ваш отряд избежит столкновения с де Чезаре. Передайте привет адмиралу Караччоло, когда увидитe его. Это мой старый друг. Знаете, что я больше всего ценю в нем? Человечность. Караччоло — выдающийся флотоводец, но он к тому же отличается удивительной гуманностью. Когда в Тулоне[59] Наполеон победил англичан и вынудил их отступить, перепуганные роялисты бросились в море, моля о помощи. Они цеплялись за борта английских судов и кричали, прося поднять их наверх. И англичане перестреляли всех, чтобы избавиться от них. Только Караччоло приблизился к ним с немногими судами, которые у него остались, и под огнем французов постарался спасти как можно больше этих несчастных. Я желаю только одного: чтобы поскорее закончилась зверская бойня между нами. Идите и отдыхайте!
На лице Карафы не отразилось никаких чувств. Он по-военному четко поблагодарил маркизу и вышел. Маркиза позвонила в колокольчик, вызвав Миранду.
— Попроси Джузеппе немедленно прийти сюда, а сама приготовь все, что необходимо для длительного и весьма трудного путешествия. Скажем так, недели на две.
— Куда поедем?
— В Мельфи, к моему сыну и Руффо. Хочу поговорить с ними, хочу понять, что происходит.
Маркиза рассматривала из своей кареты необъятный лагерь, который армия кардинала раскинула на обширной равнине возле Мельфи, близ озера Абате Алония. Картина, представшая перед маркизой, поразила ее: тысячи палаток различной формы и разнообразных цветов, и над каждой реяло знамя Армии святой веры. На одной стороне полотнища багровый крест с девизом
Однако изумление вызывали не только масштабы лагеря. Маркиза не представляла, что армия кардинала Руффо столь велика. Но самое странное заключалось в том, что этот необъятный лагерь оказался пуст, совершенно пуст. Конечно, маркиза заметила часовых, и само поле охранялось, но войск нигде не было видно.
Карета проследовала по пыльной дороге дальше. Маркиза не отрываясь смотрела в окошко. Справа тянулись огромные загоны, где паслись сотни превосходных лошадей, наслаждаясь свободой и свежим воздухом. Потом она увидела впереди десятки, многие десятки пушек. И опять весьма удивилась. Никак не думала, что кардинальская армия оснащена мощной артиллерией. Во всяком случае, когда войска прибыли из Калабрии, пушек у них, конечно, не было. Должно быть, одну за другой отобрали у неприятеля в разных городах. Наверное, немало стволов прикатили к ним и восставшие после удачного изгнания со своей земли французов и якобинцев. Было тут все: лошади, пушки, часовые. Но где же солдаты?
Когда дорога поднялась на пригорок, внизу неожиданно открылось озеро, и на обширном лугу возле него маркиза увидела впечатляющую картину. На берегу расположилась целая армия, которая… Но что они делают? Что все это означает? Тысячи солдат поднимаются с колен… Поют… Она не верила своим глазам и ушам. Солдаты служили мессу!
Маркиза присмотрелась внимательнее — тысячи, десятки тысяч людей, и все в самых разных мундирах. Она не сумела бы точно описать их. Некоторые одеты в бурбонскую военную форму, а дальше, совсем недалеко, виднеются какие-то красные мундиры. Наверное, русские под командованием генерала Мишеру? И еще кто-то в зеленых мундирах с султанами на головном уборе. Но больше всего солдат в коричневой форме, и сбоку на шапках у них белые кокарды.
Войска располагались полукругом — великолепным конным строем. Подразделения, вплоть до самых мелких, каждое со своим командиром. Впереди, рядом со знаменем — офицерские чины в белых мундирах. В центре — огромный помост под бело-золотым балдахином. На нем алтарь, и перед ним человек десять священников — епископы в митрах, с посохами. Посередине помоста — прелат в пурпурной мантии. Сомнений быть не могло. Это сам Фабри-цио Руффо. Он служил мессу в сопровождении епископов. А где же Марио? Ее сын должен быть среди офицеров возле помоста.
Когда служба закончилась, к карете маркизы подъехал верхом молодой офицер в бурбонской форме.
