Дверь кабинета распахнулась, и от притока воздуха пламя взвилось к самому потолку. Арианна зажала рот и увидела, что Марта, кашляя, сбивает огонь чем-то темным и тяжелым, заметила, как она зашаталась. Арианна метнулась к ней, и они вместе стали бороться с огнем. Вдруг Марта повернулась к Арианне и, закричав, ударила ее по спине. Арианна успела только почувствовать, что медленно оседает в ужасный водоворот дыма и мрака.
Открыв глаза, она обнаружила, что лежит на брусчатке, недалеко от виллы, голова ее покоится на коленях Марты, на испуганном лице которой отражаются отблески огня. Она хотела было тут же подняться, но Марта удержала ее:
— Лежи, лежи. Теперь уже ничего не поделаешь.
— А Марко и Оресте, где они? — еле слышно произнесла Арианна.
— Не волнуйся. Марко здесь, возле меня, спит, завернутый в одеяло. Оресте пошел звать Антониетту с девочкой. Представляю, как они испугались.
— Да, конечно, — согласилась она и облегченно вздохнула, услышав слабый стон Марко. Мальчик жив.
Она взглянула на Марту. Волосы опалены, лицо черное от копоти, но глаза блестят, и она улыбается.
— Ты похожа на форнарину — булочницу, — шепнула Арианна, снова опуская голову ей на колени.
— А ты на трубочиста.
— Зачем ты ударила меня?
— У тебя на спине пылал огонь. Я не ожидала, что ты потеряешь сознание. Впрочем, на тебя свалилось столько бедствий, что не выдержал бы и дуб. Я думала, умру, когда увидела, как вспыхнуло на тебе платье. Очень больно было? — спросила Марта.
— Если полагаешь, будто ты так сильна, что я могла пострадать от твоего удара, то сильно ошибаешься, — заметила Арианна.
Марта посмотрела на нее и рассмеялась.
— Господи, но откуда у тебя берутся силы шутить даже в такие минуты?
— Знаешь, это фра Кристофоро научил меня, что в самые трудные моменты жизни никогда не следует волноваться, а надо сохранять спокойствие, и как только буря минует, нужно найти в себе мужество смеяться. И верить в Бога, — отчетливо произнесла она.
— И ты веришь в Бога даже сейчас? — удивилась Марта.
— Но как же не верить в Него? Только на Него и остается надеяться, — и она застонала, пытаясь привстать. — И вообще я больше полагаюсь на Господа, чем на людей, — она взглянула на огонь, вырывавшийся из окон дома, и прошептала: — Бандиты уничтожили все. Мы остались ни с чем, — она опять опустила голову на колени Марты и засмеялась.
Марта растерялась, услышав ее смех.
— Не смотри на меня так. Я не сошла с ума. Смеюсь, чтобы поиздеваться над неудачей. Смеюсь, потому что мы с тобой остались живы. И у нас есть еще Оресте, Антониетта, дети и крыша, которую найдем там, в церкви. Ее, как мне кажется, еще не сожгли. Сегодня никто не может надеяться на большее, — добавила она со вздохом, а потом вдруг встревожилась: — Боже, Марта, а деньги и драгоценности, где они?
— Не волнуйся, они в повязке на ноге Марко. Забыла? Сама же велела спрятать там.
Она ничего не ответила. С усилием приподнявшись, взглянула на Марко, лежавшего на земле завернутым в одеяло, из-под которого виднелись забинтованные ноги. Она смотрела на них, не веря своим глазам, и опять рассмеялась.
— Никто лучше тебя не сумел бы утащить из-под носа у этих бандитов деньги и драгоценности! — воскликнула она и дотянулась до Марты, чтобы поцеловать ее. — Ты просто сокровище!
— Ты ангел, дочь моя, — шепнула Марта, гладя Арианну по голове. — Всегда светлая и сильная, несмотря на несчастья, которые преследуют тебя с таким упорством, что страшно делается.
— А я теперь уже ничего не боюсь. Все самое страшное со мной уже произошло. Джулио и Сальваторе погибли. Мы бежали из Милана. У сына сломана нога, я убила человека. А теперь сожгли мой любимый дом. Что еще может случиться?
Марта лишь молча покачала головой. Арианна перевела взгляд на горящий дом. Кто знает, с ужасом подумала она, что делается в Милане, а вдруг и там…
Однако не надо отчаиваться, у меня есть небольшой запас продуктов, деньги, и со мной люди, что любят меня. А у всех у нас вместе в нескольких шагах отсюда есть церковь, которая, конечно, даст нам приют. А потом… потом приедет падре Арнальдо.
Она вспомнила, что Оресте еще ничего не сказал о нем. Да и как он мог успеть? Старик прибежал едва дыша и сообщил, что приближаются грабители. Тут появились Оресте и Антониетта с Ассунтой, обе в слезах. Оресте горестно смотрел на пылающую виллу, безвольно опустив руки.
— Ну не стой как столб, — сказала Арианна, — возьми Марко и пойдемте в церковь Сан-Лоренцо. У дона Альберто, конечно, найдется угол, чтобы мы могли переночевать.
Оресте, не говоря ни слова, поднял Марко и прижал его к груди.
— Ну а где же падре Арнальдо?
— Я не нашел его. Он уехал в Рим. Я не знал, что делать, и вернулся сюда. Можете написать ему. Хотите, сейчас же повезу письмо в его епархию в Варезе. Там знают, как доставить ему весточку от вас.
— Марта, помоги-ка подняться, — попросила Арианна. Она с трудом сделала несколько шагов. — Еще, кажется, могу двигаться.
