– Он немного замкнутый, и ему сложно кому-то открываться, поэтому, откровенно говоря, я знаю о нем не так много. Однако, – я осторожно подбираю следующие слова, – Дрейк сказал, что Колтон не поехал домой на зимние каникулы. Похоже, я оказалась слишком тупой, чтобы понять это самостоятельно.
– Ты не тупая. Просто часто оцениваешь ситуацию, отталкиваясь лишь от своего опыта, и это не всегда играет в твою пользу. Вот и все.
– Наверное. – Я вздыхаю, наматывая прядь волос на палец.
– Ты скучаешь по нему? Или тебе просто жаль его и хочется подбодрить? – К моим щекам приливает жар. Как же глубоко мне под кожу забрался этот парень. – Ава?
– Я скучаю по нему, – признаюсь я. – И мне его жаль. Никто не должен проводить Рождество в одиночестве.
– Можешь его пригласить, – говорит папа и обхватывает мои щеки ладонями.
– Дрейк предложил, чтобы Колтон остановился у них.
– Хорошо. – Он усмехается, изучая меня с широкой улыбкой. – Что-то мне подсказывает, если я захочу увидеть тебя дома, мне придется подготовить комнату для этого твоего нового парня.
– Он не мой парень.
– И все же мне придется подготовить комнату, – настаивает папа, посмеиваясь.
– Ты самый лучший папа на всем белом свете, – говорю я, обнимая его за шею и целуя в щеку.
– У меня скоро будет несколько выходных, так что, если он согласится приехать, я был бы рад с ним познакомиться.
– Он согласится. Уверена на сто процентов. – Я вскакиваю на ноги, забираю папину пустую тарелку со стола и вальсирую к раковине. – Ложись в постель. Я займусь посудой.
Папа поднимается и направляется в гостиную, глядя на меня через плечо.
– Я знаю ты бы в любом случае нашла способ провести его в свою комнату.
– Па.
– Просто будь осторожна. Вот и все. – Он не дожидается моего ответа и продолжает свой путь в гостиную. – Спокойной ночи, кроха.
– Спокойной, пап. – С моих губ не сходит улыбка. Я, черт подери, безнадежна.
Я просыпаюсь в одиннадцать часов и первым делом хватаю телефон, чтобы проверить сообщения. Чего это он не спал в четыре утра? Он был на вечеринке? Или в клубе? Не важно. Куда важнее его ответ.
Я: Как насчет того, чтобы провести время в моем родном городе? Со мной:)
КТ: Пришлешь адрес?
Я падаю на кровать с широченной, счастливейшей улыбкой, а затем поднимаю телефон над головой и отсылаю ему всю нужную информацию. Ответ от него приходят всего через несколько минут.
КТ: Буду около двух часов дня.
Отбросив телефон в сторону, я беру ближайшую подушку и зарываюсь в нее лицом, чтобы прокричаться от души. Кому-то нужно отвесить мне подзатыльник. То, что должно было оставаться веселым препровождением, превращается в нечто удивительно серьезное. Порхающих в животе бабочек нужно прикончить, иначе даже представить боюсь, какие чувства меня накроют, когда Колтон закончит университет. Я готовлю себя к тому, что мое сердце будет разбито.
Я сижу в гостиной и поглощаю новую книгу, потому что предыдущую о муже сестры уже закончила. Ромкомы мне не очень нравятся, но этот потрясающий. К тому же в нем есть хоккеисты и троп «друзья с привилегиями», так что… для меня она вроде как жизненная.
– Похоже, твой парень пунктуальный, – вырывает меня из мыслей папин голос. Он смотрит в окно, и я поднимаюсь с дивана. Сердце в груди колотится. Да так сильно, что мне почти больно. Но сложнее всего другое. Скрывать свое состояние от папы. Не хочется, чтобы кто-то выяснил, как сильно мне нравится Колтон.
– Идем. Познакомлю вас. – Кладу книгу на диван и шагаю в прихожую.
Когда я открываю дверь, то тут же ловлю взгляд Колтона. Он улыбается, а я, мать его, тут же начинаю таять. Как же ему повезло, что он такой привлекательный… или не повезло мне. Я пока не решила.
– Привет.
– Привет. – Он заходит в дом. Из-за исходящего от него аромата бабочки в животе сходят с ума. Да у них там разворачивается настоящий панк-концерт! Я закрываю дверь, готовая представить Колтона отцу и… буквально застываю на месте. Выражение его лица очень странное. Я замечаю смятение, а также страх.
Мой папа смотрит на него с нежной улыбкой.
– Привет, Колт.
У меня возникает ощущение, будто я тону. Он его знает? Только так можно объяснить настолько необычную реакцию.
– Здравствуйте, Декс, – бормочет Колтон. Его слова едва можно расслышать.
Я подхожу ближе и перевожу взгляд с папы на Колтона и обратно.
– Вы знакомы?
Год назад
Почему никто мне не говорит, как она? Я, черт их дери, ее сын, а они кормят меня дерьмовыми отговорками: «Твоя мама в реанимации, мы делаем все возможное». Мне, мать их, нужно знать, что случилось. Насколько серьезные у нее травмы? Какие прогнозы? Какие у нее шансы на полное восстановление? Ответы. Мне, черт, нужны ответы, а мне не дают ничего.
