Итак, сказала я себе, соберись, страха не существует для того, кто помнит сорок два принципа Маат. Помни о них. Шенти верил, что они укрепят мой дух. Так пусть укрепят − с каждым ударом ключа жизни по этой огнедышащей физиономии абсолютного зла.
Принцип первый. «Я не чинила зла людям!»
И − раз! По зубам его, вот так, чтобы посыпались, как сухой горох. Апоп удивленно отпрянул. Мой голос окреп.
«Я не нанесла ущерба скоту!»
А ты, Апоп, рептилия. Значит, и − два! Наносим ущерб. Подавись!
«Я не совершала греха в месте Истины!»
И − три! В лоб ему. По носу. И по хвосту, чтобы не маячил перед глазами
Я колотила посохом по гигантскому, но такому верткому туловищу Апопа. От моих ударов ему явно становилось несладко. Рептилия уворачивалась от ударов, корчилась, шипела, брызгала огнем и горячим паром. Апопу досаждали укусы пантеры и чувствительные тычки Анубиса. Мы не давали ему развернуться во всю силу в зале, где он успел почувствовать себя хозяином. Однако и перелом в битве никак не наступал.
«Я не поднимала руку на слабого!»
Но ты пока не слаб, Апоп. Получи еще разок!
«Я не убивала!»
Но сейчас я очень зла, поэтому − получи еще раз!
«Я не ловила в силки птицу богов!»
Апоп в очередной раз сбросил пантеру. Она не растерялась и весьма вовремя переключилась на его хвост. Апоп использовал его как плетку, которой постоянно сбивал нас с Анубисом с ног. Пантера придавила хвост лапами и принялась перегрызать. Что-то хрустнуло: через секунду Апоп лишился кончика своего хвоста. Он противно заверещал, так, что заложило уши.
Я воспользовалась моментом, чтобы ударить его еще разок в лоб.
«Я не преграждала путь бегущей воде!»
Анубис вонзил меч, провернул его в упругом теле змеи, но обратно вытянуть не смог. Меч застрял. Апоп отвернулся от меня, чтобы заняться Анубисом. Судя по всему, решил его проглотить, так как раскрыл пасть и сделал стремительный выпад. Анубис продемонстрировал отличную реакцию. Он вовремя отпрыгнул, и зубы Апопа щелкнули в сантиметрах от его головы. С досады Апоп с силой боднул Анубиса, и тот кубарем полетел к моим ногам.
«Я не гасила жертвенного огня в час его!»
Анубис остался без оружия. Мне пришлось хорошенько ударить Апопа по зубам, чтобы отогнать змея подальше.
− Всади посох ему в горло! − прокричал Анубис. − Прямо под челюсти! Давай!
− И что это даст?!
− Он выплюнет перо Маат! Перо у него за щекой!
− За щекой?!
Ну и место Апоп нашел для Пера Истины. Я сообразила, что просто не допрыгну до горла Апопа, ростом не вышла. Он как раз сделал стойку, и поднялся над полом на треть своей длины. Его голова качалась под потолком. Апоп готовился к атаке, шипя и роняя ядовитые слюни. Точно не допрыгну.
− Кидай! Кидай посох ему в горло! − нашелся Анубис.
Пантера догадалась, что я собираюсь сейчас сделать. Она вновь добралась до головы Апопа, устроилась у него на макушке, выпустила когти и ударила лапой по глазам змея. Ослепленный, он заорал и запрокинул голову, чтобы стряхнуть надоедливую кошку.
«Я не распугивала стада в имениях бога!»
Я прицелилась и метнула посох, как копье. Да, для таких приемов надо предварительно тренироваться. Посох пролетел мимо Апопа и вонзился между чешуек его спины. Теперь мы оба с Анубисом оказались без оружия. Я потеряла посох − вот растяпа!
Анубис с досадой тряхнул собачьей головой, и бросился в сплетение колец туловища Апопа добывать посох. Самого Апопа в этот момент интересовала только я. Смекнув, что я теперь без оружия, Апоп сделал мощный выпад, боднул меня − и я отлетела к стене, больно стукнувшись о камни. Не будь на мне доспехов, разбилась бы насмерть. Шлем съехал на нос. После второго броска голова Апопа оказалась прямо передо мной. Краем глаза я видела, что Анубис, пыхтя, пытается вытащить посох из спины Апопа.
Медленно, слишком медленно, мой друг… Я без оружия долго не протяну. Вот посох немного подался, еще немного − Анубис тянул его на себя изо всех сил.
Как бы не опоздать… Апоп распахнул надо мной пасть. Он был в метре от моего носа. Я могла пересчитать все его клыки-кинжалы и заглянуть в пылающее нутро. Взъерошенная пантера, которая едва удерживалась на голове змея, предприняла последнюю попытку помешать ему. С диким мяуканьем она съехала ему на нос, и обеими лапами принялась ожесточенно царапать глаза. Апоп заорал от боли. Вскинув голову, змей высоко взлетел надо мной.
Анубис, наконец, извлек посох.
− Держи! − он бросил оружие мне.
Второго шанса не будет.
Итак. Сорок второй − последний − принцип Маат.
«Я! Не чинила! Препятствий богу! В его выходе!»
В прыжке я поймала посох, размахнулась и метнула его в точку под челюстью змея. Есть! На сей раз ключ жизни глубоко вошел в горло Апопа. Из его разверстой пасти вырвалось облако искр и огня. Неведомая сила взорвала Апопа изнутри. Он развалился на множество черепков, как разбитая глиняная миска. Куски осыпались на пол и погребли под собой Анубиса и пантеру. Образовавшаяся груда обломков с шипением расплавилась до состояния лавы, которая широко растеклась по полу и тут же впиталась в розовый гранит − без следа, как вода в сухую губку.
