– Николай, этот Тимофей очень странный человек…
– Я тоже это заметил, – ответил я и попытался перевести все в шутку.
Со временем Тимофей перестал меня стесняться и стал выдавать подобные истории пачками. За один обед он с легкостью мог сочинить их до трех штук, причем спорить об их правдивости с ним было бесполезно. То он встретил в метро девушку-модель с усами Д’Артаньяна и убеждал, что носить закрученные усы у моделей теперь является нормой, то о том, что его подруга из Усинска (откуда приехал Тимофей), соблазняя шейхов в Эмиратах, стала миллионершей. Причем ни один из шейхов так с ней и не переспал, в силу того, что, видя ее голой, уже достигал оргазма от одного только этого созерцания и не был уже способен ни на что другое, отдавая ей все, что у него было. А то вообще грозился позвонить какому-нибудь другу-олигарху и пригласить его к нам на ужин в разгар вечернего мероприятия. Последнее, надо добавить, делалось уже не в очень трезвом состоянии.
Тимофей был странным, и все об этом знали. Хуже всего было то, что он был абсолютно бесполезным для нашего бизнеса, и я, как руководитель, понимал, что решение рано или поздно надо будет принимать. Напротив, Тимофей ходил в отдел кадров и устраивал там небольшие скандалы – требовал, чтобы его ценили, повышали зарплату и в целом обрисовали ему дальнейший путь в корпорации. Понятие о зарплатах он черпал из каких-то историй друзей-сказочников:
– В Москве средний представитель «офисного планктона» получает триста штук в среднем. Так что с работой и деньгами в Москве проблем нет, – говорил он всем.
Себя он, видимо, тоже оценивал в эту цифру, хотя его реальная зарплата была в несколько раз меньше. Но, по словам кадровиков и некоторых сотрудников, Тимофей вовсю готовился к повышению, тем самым не оставляя мне выбора.
Утром я назначил встречу, на которую пригласил нашего главного эйчара и Тимофея. Последний был в прекрасном расположении духа, я же, напротив, чувствовал себя ужасно скверно. Я жутко не люблю увольнять людей, которых не брал на работу, понимая, что мне приходится исправлять чужие ошибки. Но это уже часть моих обязанностей, и от нее никуда не деться. В общем, мы втроем собрались в маленькой переговорной.
– Тимофей, я знаю, что вы уже давно в этом бизнесе и ждете каких-то перемен… В общем, я постоянно слышу, что вы недовольны своей позицией и зарплатой, – начал аккуратно я.
– Ну, в целом я доволен. Но надо же расти. В Москве «офисный планктон» в среднем зарабатывает…
– Да, да. Я это слышал. Можете не продолжать, – перебил я его.
– Ну да, вот поэтому я думаю, что я уже готов к росту… давно.
– Тимофей, вы только правильно меня поймите сейчас. У нас нет возможности для вашего роста, и мне кажется, что… Вам их надо поискать за пределами компании. Здесь вы не сможете реализовать свой потенциал…
– Что вы хотите этим сказать? – немного испугавшись, спросил он.
– Я думаю, что вам лучше поискать другую работу, Тимофей.
– Вы хотите меня уволить?
– Да, – поставил я точку.
Возникла небольшая пауза. Тимофей не знал, как ему дальше вести себя, основные слова были сказаны. Он внезапно встрепенулся, улыбка вновь появилась на его лице:
– Да, конечно, я легко найду себе работу в Москве. Вы за меня не переживайте. В Москве ведь средний представитель «офисного планктона» зарабатывает триста штук. Так что вы за меня не переживайте…
– Не буду, – соврал я. В этот момент мне стало его жалко. Я вдруг понял, что он действительно искренне верит во всю ту чушь, которую обсуждают вокруг, и во все те истории, которые он придумывает. В общем, в весь этот информационный мусор, что нас окружает. И я стал за него беспокоиться.
– У меня все будет хорошо. Я сегодня же уйду. А ребятам скажите, чтобы не расстраивались, да и вы, Николай, не расстраивайтесь, а то у вас лицо какое-то грустное стало.
– Ничего, Тимофей, это я так… Не обращайте внимания.
– Все будет хорошо!
С того момента прошло уже несколько лет, но, насколько мне известно, он так и не нашел работу. Вернее, были какие-то проходные варианты, но Тимофей не удержался и на них. Он даже вернулся в Усинск на какое-то время, но и там его никто не ждал. Недавно я случайно встретил его в одном из переулков Москвы. Он шел с какой-то дамой под ручку. Обрадовавшись, он подбежал ко мне.
– Николай, добрый день, как я рад, что вас встретил, как у вас дела? – начал он.
– Здравствуйте, Тимофей, все нормально, как у вас?
– Да все замечательно.
– С работой-то как?
– Да ничего-ничего, Москва ведь, тут без работы не останешься, были какие-то сложности, но все решилось, вы за меня не переживайте, а то у вас опять лицо грустное стало, – радостно сказал Тимофей.
– Да ничего, Тимофей, это я так, не обращайте внимания.
– Все будет хорошо, Николай!
