— А теперь слушай внимательно. Когда-то давно я уничтожил тысячи людей, и в наказание меня изгнали, сделав демоном. Недавно я узнал, что могу вернуться и вновь стать богом. Условия мне не нравятся, но ты поможешь мне, хочешь ты этого или нет. Я должен полюбить людей — тех кого так ненавижу! Испытать сострадание к смертным и прочие чуждые мне чувства. Ты вызываешь у меня жалость, так что и с другим справишься.
— Ты хочешь забрать меня отсюда?
— Нет, боюсь случайно лишить тебя жизни. Но в любой момент ты должна быть готова к моему визиту. На сегодня все. Обдумай, как ты сможешь мне помочь и желательно побыстрей. Для твоего же блага.
Он отвернулся и собирался уйти, но я окликнула демона, надеясь помочь принцу его одолеть: «Стой! Как… Как ты попал за стену?»
— Ты про ту исписанную иероглифами?
— Угу…
— Я могу делать все, что захочу. Не забывай, я был богом, а теперь один из самых могущественных демонов. Так что сперва подумай, стоит ли тебе рассказывать о нашем договоре жалким смертным. Я уничтожу любого, кто встанет у меня на пути. На твоих глазах я вырву их еще бьющееся сердца.
И он, оттолкнувшись от пола, растворился в ночи, словно у него были крылья.
Поддавшись слабости, я упала на колени, дрожа от страха. Я не могла понять, как мне быть? Рассказать все и подвергнуть опасности тех, кто был ко мне так добр? Или помочь демону?
Но как можно внушить чувства любви безжалостному существу, искренне ненавидящему смертных?!
Не знаю, сколько прошло времени, пока я сидела на полу, размазывая по лицу слезы. Но когда я все-таки решила переползти на кровать, просыпались птицы. Сил совсем не было. Скинув с себя одежду, я плюхнулась на перину с закрытыми глазами. Уже засыпая, нащупала простынь и кое-как натянула ее на себя.
Вскоре мне удалось уснуть. Но куда же без злосчастного «Но»!
Но… сон был недолгим. Показалось, что я закрыла глаза на мгновенье и сразу услышала голос Дзирая.
— Поднимайся! Пора идти, иначе ты не успеешь поесть.
Немного приоткрыв глаза, я принялась оценивать ситуацию сквозь едва заметную вереницу ресниц.
Слепящие лучи восхода только начинали проникать в окна, окутывая комнату мягким, утренним светом. Снова прищурившись, я рассчитывала поотлынивать от реальности, но упорные толчки в плечо вскоре привели меня в чувство. Преднамеренно я скорчилась и оскалилась. Без толку. Увы… пора просыпаться…
Дзирая! Стоит у края кровати, уставившись на меня. Уголок рта натянут, а этот его взгляд! Опять насмешка. Как хорошо, что я привыкла к издевательствам. И плевать, что он видит мой утренний помятый вид!
— Да-да, встаю, встаю! — промямлила я и медленно приподнялась, совершенно забыв о своей наготе.
Простыня сползла вниз, оголяя ключицы и плечи. Заметив это, я схватила ее и повернулась спиной к покрасневшему Ледышке. Очень хотелось закричать, но…
Нежное утреннее солнца согревало мне спину. Наконец, я обернулась.
Дзирая замер и беспомощно сглотнул. Он смотрел на мою оголившуюся спину. В окнах играли блики, а лучи окрасили комнату в золотистый оттенок.
— Отвернись! — закричала я, сгорая от стыда и подступающей ярости.
Дзирая встрепенулся. Смущение взяло верх, и он неловко развернулся ко мне спиной.
— Я… Я-я-я… я буду ждать вас с Иоси во внутреннем дворике. В беседке, — пробормотал Дзирая, после чего со скоростью ошпаренного кота выбежал из комнаты.
Да что же со мной не так?! Надо сходить к шаманке. Меня точно прокляли!
И тут в комнату без стука вбежала Рори.
Моя комната что, проходной двор, и сюда может вваливаться, кто хочет?!
— Ты почему еще в постели? — пробурчала она.
— Да встаю я!
Неохотно свесив ноги с кровати и обмотавшись простыней, я почувствовала как усталость затягивает меня обратно в мир снов.
Рори подошла к тумбам с нарядами:
— Сегодня наденешь это и не спорь! — и протянула мне платье. — Очень красивое. Если уж мне не суждено носить такую прелесть, то хоть посмотрю, как оно смотрится.
— Хорошо. Мне все равно что носить, лишь бы это поскорей закончилось…
Принарядив меня, Рори убежала, а я вышла во двор, где в каменной беседке меня встретили Дзирая и Иоси.
Еще издалека было видно, как Иоси болтал, не переставая лопать, а Ледышка, схватившись за голову, переваривал болтовню маленького засранца.
Как бы неловко мне ни было от утреннего происшествия, я всё-таки пришла подкрепиться.
Я надеялась, что будет царить неловкая тишина, но напряжение ощущалось только между мной и Ледышкой. Иоси не умолкал и хвастался, что Дзирая пообещал ему дать пару уроков кэндо и даже подарить настоящий меч.
Удивительно, но я даже успела поесть, прежде чем появился учитель этикета — женщина, и на вид ей было лет триста, не меньше. Я бы не удивилась, если она окажется старше самого старого бонсая в саду. Серьги на её ушах настолько массивные, что мочки почти касались её плеч. Такие только в узел на затылке завязывай! А макияж больше похож на боевой раскрас диких степных племен. Белила подчеркивали ее глубокие морщины, а туш от пота забилась в уголки глаз.
