Снова тягостная пауза. Конан совсем затихла, тяжело ей. Думала, что нашла способ вылечить друга, любовника… не знаю, кто он ей, а этот способ оказался своенравным быдлом. Но лучше так, чем если бы Нагато-Пейн сдох у меня на операционном столе, оставив Аме без мудрого руководства. Вот без сарказма мудрого, он реально хорошо тут управляет.
– Принимается, – в борьбе желания перестать быть овощем и желания наказать мелкую нахалку победил более рациональный вариант. Где-то там, наверное, еще и страх за свою жизнь имелся, но я уже имела все шансы его прикончить и не воспользовалась ими. Он же понимает, что мне даже печати не нужны, чтобы разрубить парализованное тело пополам.
– В таком случае доктор Шини ждет вас на приеме, уважаемый пациент, – я вернула черные волосы и постаралась не выпасть из образа холодной стервы. Хорошо, что не ляпнула “бахилы не забудьте”.
Для первичного предоперационного обследования и взятия анализов его привезли в показанную мне ранее операционную под охраной сразу ШЕСТИ марионеток, включая ставшую главным лицом так называемого бога. Не ради того, чтобы защититься от меня, конечно.
Показуха и понты, я так считаю. Нормальная реакция. Если кто-то вдруг зарвался и начал считать себя очень крутым – надо этой идиотке показать, на кого она голос повышала. В чем-то действенно. Я реально впечатлилась. Умение разделить сознание на СЕМЬ потоков, включая оригинальное парализованное тело – это нереально круто. Особенно на фоне моих двух полноценных. Потяну и больше, но концентрация в каждом будет на обе ноги хромать. Для простых рутинных задач сойдет, но не для чего-то умного, типа мордобоя.
Так вот, кукла номер один – собственно тот, кого все считают Пейном. Если бы не знакомое надменное выражение лица и пугающий взгляд, то вполне симпатичный парень, несмотря на дебильный пирсинг. Не в моем вкусе, конечно, но нормальные девушки сочли бы его красавчиком.
Вторая марионетка – знакомая мне длинноволосая девица. Совсем не изменилась с момента нашего прошлого столкновения.
Третий – лысый, а из голого черепа торчат по периметру шипы в том же стиле, что и пирсинг остальных кукол Пейна. Такая своеобразная корона. Застывшее на его лице выражение – усмешка маньяка, препарирующего жертву. Черный плащ как-то стремно топорщится, будто бы под ним еще парочка рук спрятана.
Четвертый – высокий и худощавый парень, через которого босс вел со мной переговоры. Все куклы, кроме лысого урода, имеют прически одинакового оттенка. Не удивлюсь, если оригинальный Нагато такими волосами и обладал до получения травмы.
Пятый и шестой – обычные мужчины, не считая упоротого черного пирсинга.
Хм. А что, если эти металлические детали не дань садо-мазо наклонностям типа-божества, а антенны? И через них куклы и управляются передачей чакры по беспроводному каналу? Офигенно круто, если так, но со мной технологией никто не поделится, даже если я не только починю тело лидера, но и вся ему отдамся. Слишком крутая штука. Хотя… в моей лояльности удачная операция все сомнения снимет. И Конан за меня словечко замолвит… посмотрим, как пойдет, короче.
Из всех шестерых Пейнов со мной остался все тот же высокий “Пейн-четыре”. Он какой-то особенный? Не могу так сразу сказать.
Приступила к работе. Создала пациенту телекинетическое ложе, велев предварительно раздеться, в чем помог “четверка”. Держала на нем, вертела тушку по-всякому, осматривала визуально, щупала сенсорными способностями, прогоняла комплекс диагностических дзюцу. Расширяла и дополняла первоначальный диагноз, который полностью подтвердился.
Все, абсолютно все операции делала телекинезом. Не потому, что мне противно к голому мужику прикасаться, а по той причине, что руки у меня заняты блокнотиком и перьевой ручкой – делаю на ходу пометки. Десятки пунктов, которые надо будет учесть во время длительной череды операций. C “банком памяти” могу обойтись и без записей, он как раз и придуман, чтобы ничего не забывать, но какого биджу мне палить перед Акацуки мои эксклюзивные ментальные техники?
– Пейн-сама, эта металлическая конструкция ведь не просто так имплантирована в спину? – спросила я у Пейна-четыре. То, что у нас случился маленький срачик и я в нем даже отстояла свою позицию – не повод и дальше ему хамить. Наоборот, пусть потешит самолюбие и считает, будто я прогнулась. – Что будет, если я извлеку штыри? Вы утратите контроль над марионетками?
– Да, – подтвердил Пейн через “четвертого”. Мог бы и своим телом сказать, а не изображать кусок мяса. Ну, как ему удобнее.
Короче, как я и подозревала, металлические арматурины, криво воткнутые ему в позвоночник – это антенны, нужные для контроля марионеток. Биджу! Мне нужны такие!
