— Ну, как сказать. Пока что я не представляю, чего вы желаете. Что ж, если вы хотите, чтобы я помог вам сражаться с валлийцами, думаю, мы можем прийти к согласию.
— Не глупите. У меня была иная причина прибыть в Корнуолл, чем разгром валлийцев, хотя у меня есть все основания их ненавидеть. Гарольд Дха был достаточно глуп, чтобы подумать, будто я выйду за него и его предложение — это смертельное оскорбление.
Я слегка приподнял брови.
— Но, королева Брода! Я в изумлении. Я думал, что вы и этот юноша были дружны. Было бы очень жаль лишать его головы, и он так молод и примечательно любезен. Что мог сделать этот бедняга, чтобы вы так к нему относились?
— Он ухаживал за мной, а затем, когда я пообещала выйти за него, сказал мне, что он из Корнуолла.
— Хорошо, ну и что? Он должен быть откуда-то, разве нет?
— Теперь послушай меня, Сесил, сын Джеймса и внук Дэвида, ты, который удерживает своё место Повелителя какими-то уловками, вызывающими бесконечные пересуды в этой части мира. У нас, в моей стране есть слоны, каметеннусы, метаколлинарумы, белые и красные львы[8]. У нас есть сатиры, пигмеи и великаны в сорок элей, но у нас нет хвостатых людей и, разумеется, мы не собираемся их заводить, по крайней мере, не как мужа королевы Броды; поэтому я пересекла Ирландское море, ради головы этого человека, оскорбившего меня.
— Ирландия, — ответил я, — должно быть, весьма интересная страна. Вы когда-либо слышали о том, что есть у нас в Корнуолле? Путешественники рассказывали вам о наших циклопах, фавнах и кентаврах, наших диких турах, гиенах и ламиях; о наших белых дроздах, сверчках и людях с глазами спереди и сзади? Сразу же, как только смогу, я намерен уничтожить всех этих злобных чудовищ и я по-настоящему удивлён. Королева Брода — на самом деле совсем не понимаю, как получилось, что вы позволили вашей прекрасной земле переполниться подобными отбросами, о которых вы мне рассказали. Позвольте предложить свои услуги после того, как я очищу Корнуолл от его чудовищ. Знаете ли вы, что у меня имеются волшебные силы? Как удивились Гог и Магог, когда я завоевал их, а Агит[9] и Агиманди были абсолютно ошеломлены, когда я сковал их цепями и забросил в Средиземное море. Я съел растение Ассидос[10], который защищает съевшего от злых духов. Я ношу на теле камень Нудиоси[11], который препятствует ослаблению зрения и позволяет владельцу видеть на огромном расстоянии. Например, в этот самый момент я вижу, как всё завершится всё это дело.
Я несомненно впечатлил её, поскольку она ответила, — Только лишь взглянув на вас, лорд Сесил, с трудом верится, что у вас есть все эти силы; всё же в вас должно что-то быть, потому что вы приобрели здесь огромный авторитет.
— Ну, трудно понять человека, лишь посмотрев на него. Но скажите мне одно, как в вашу голову пришла мысль о том, что у лорда Фиц-Хью есть хвост?
— Он — человек из Корнуолла, а все люди в этой земле выглядят так.
— Вы уверены?
— Конечно. Вы же не сомневаетесь в моих словах, не так ли? Вы не можете назвать меня лгуньей. Это случилось таким образом. Много лет назад праведный священник посетил Струд, одну из ваших деревень, решив обратить тамошний народ и утвердить в них христианский образ жизни. Корнуолльцы, живущие в том месте, желая отметить благочестивого человека бесчестьем, не постеснялись отрезать хвост у лошади, на которой он ездил. Этим нечестивым и негостеприимным действием они покрыли себя вечным позором, и с тех пор все корнуолльцы рождаются с хвостами[12], и ни один подобный человек никогда не должен сидеть рядом со мной и помогать мне править Ирландией. Единственный способ, которым я могу сохранить свою гордость, состоит в том, чтобы забрать его отрубленную голову с собой — тут бедная леди начала кричать — и он должен был подумать об этом и что это заставит меня почувствовать, прежде, чем говорить о любви ко мне. Как может быть, чтобы я стала матерью бедной маленькой принцессы с хвостом, как у гориллы или мартышки?
— Этого вообще не может случится, — ответил я своим самым мягким тоном, а, когда я пытаюсь успокоить леди, у меня это обычно получается. Я очень хорошо помню, как однажды полностью переменил желание леди из Аравии. Сперва она хотела убить меня, но, с помощью моей властью и определённого носимого талисмана, я вызвал у неё другие мысли. Поэтому я успокаивающе сказал:
— Этого вообще не может случится. Но что, если своим волшебством я удалю этот хвост? Предположим, что я сделаю лорда Фиц-Хью подобным другим мужчинам? Вы всё ещё будете требовать его голову?
— Не глупите, — насмешливо ответила она. — Конечно, я лучше бы вышла за него, чем его убивать, но я не представляю, как такое можно проделать. Вы имеете в виду, без шрама? И если будет малышка, то она была бы в порядке? Так же, как любой другой маленький ребёнок?
