К самым старым костелам в Чехии можно с уверенностью отнести храм святого Иржи на Градчанах. Он находится неподалеку от храма святого Вита. Он заложен был в начале X века князем Вратиславом, отцом святого Вацлава. Бабушка Вацлава, княгиня Людмила, была убита в Тетине, и позже внук ее велел перенести ее тело на Пражский Град, где оно было погребено в костеле святого Иржи с великими почестями. Там же был погребен и Братислав, сын Людмилы. Пока вместо несовершеннолетнего Вацлава властвовала его мать Драгомира, набожный князь не отваживался перевезти тело Людмилы в Прагу. Только вступив на чешский трон, послал он в Тетин за останками княгини. Когда люди под руководством княжеского капеллана открыли могилу в Текинском храме, они обнаружили, что гроб Людмилы совершенно истлел, и посчитали, что и тело ее скорее всего уже превратилось в прах. Они думали, как извлекут они истлевшие останки. Каково же было их удивление, когда обнаружилось, что тело ее осталось совершенно целым. Они перевезли его в Прагу, где у собора святого Иржи ожидал уже каменный склеп. Первоначальным замыслом Вацлава было поместить тело в подземную могилу, но когда ее начали копать, из земли забил сильный ключ. Не оставалось ничего иного, как засыпать его и соорудить каменное надгробие, которое находится там и по сей день, в нем и покоится нетленное тело. Оно осталось там нетронутым и во время великого пожара, уничтожившего в 1142 году храм и монастырь святого Иржи.
При костеле святого Иржи основала Млада, сестра Болеслава II, женский монастырь св. Бенедикта в 973 году. Это был первый монастырь в Чехии, и Млада была первой аббатисой.
В костеле святого Иржи есть также старинное резное распятие искусной работы, о котором предание рассказывает вот что:
В 1276 году ехал Пржемысл Отакар II на поле битвы против Рудольфа Габсбургского, желавшего ослабить власть этого государя. Король попрощался в Праге со своей семьей, с духовенством и народом, который провожал его с почестями до самых городских ворот. Грустное это было прощание, будто недоброе предчувствие овладело всеми. Потом король через Брно отправился в Австрию со всем войском, далее вдоль реки Оравы на Моравское поле, где когда-то у Крессенбрунна добыл он славную победу.
А в это время в Праге королевской семьей овладела страшная тоска. Все опасались за судьбу короля, молились Богу, чтобы оградил Он короля от грозной опасности. В эти дни королева Кунгута со второй своей дочкой, княжной Анежкой, девочкой примерно семи лет, пошли в костел святого Иржи помолиться там о счастье короля. Она встала на колени на скамеечку перед распятием, княжна возле нее, и стали они горячо молиться. Тут вдруг девчушка увидела, что ей на ручку упала капля крови. Она вскрикнула от испуга, и королева, оторванная от глубокой молитвы, поглядела на ручку, а потом наверх. Она с ужасом заметила, что тело Христово кровоточит, и сразу поняла, что это дурное предзнаменование.
И действительно: это было именно в тот день и в тот час, когда король на поле брани был поражен стрелой и закончил свою жизнь.
На Иржской улице на Градчанах у самого Пражского Града стоит здание старого кастелянства за двориком, отделенным от улицы высокой стеной. Там обитал когда-то пражский кастелян, который был первой особой после короля, руководил вооруженными людьми в Граде, был председателем кастелянского суда, судившего должников, заведовал тюрьмами.
Было это в 1335 году, во время правления Яна Люксембургского, когда злые люди хотели посеять рознь между королем и его сыном Карлом. Они нашептывали королю, что королевич, тогда уже маркграф Моравский, которому король доверил господство в Чехии и передал королевские поместья и которого народ любил за его доброту и благородство, будто бы хотел лишить короля власти. Король разгневался на сына и выслал его из Праги в королевскую крепость Крживоклат. Но Карл долго в немилости не был, отец с ним вскоре помирился.
И вот Карл возвратился из Крживоклата в Пражский Град. Но возвращение его было внезапным, неожиданным, покои в Пражском Граде не были приготовлены к его проживанию, и тут пан кастелян пригласил королевича пожить в кастелянском доме, пока покои его не будут готовы. Так Карл поселился там с верным своим подданным паном Бушком из Велгартиц.
Как-то раз сидели они вдвоем в покое, который отвели им под спальню, и разговаривали допоздна. Когда потом они улеглись и погасили свет, через минуту показалось им, что кто-то ходит по комнате. Они слышали как будто кто-то ходил туда-сюда мелкими шажками, но когда спросили, кто там, тут же все затихло. А потом вскоре снова послышались шаги, треск и стук по деревянной обшивке стен.
– Ничего себе спокойный ночлег! – сказал Карл, слушая непрекращающийся шум. – Встань-ка, пан Бушек, рассвети свечу!
