И когда насмерть перепуганная графиня взглянула на свои ноги, увидела с ужасом, что хлебные туфельки объяты пламенем. В полуобмороке упала она наземь. И в тот момент выскочили из всех углов исчадия ада и разорвали гордую графиню на куски.
С того времени по ночам в коридорах дворца появлялся дух гордой графини в горящих башмачках.
Такие же и им подобные предания о башмачках из хлеба рассказывают и о других горделивых и избалованных дворянках. Предания эти возникли в народе, поскольку высокомерие и безделье господ бросалось в глаза. Во времена крепостного права, когда помещики притесняли своих подданных непосильной работой и данями, особенно отвращала от себя избалованность панства. У них были роскошные замки и дворцы, они одевались в одежды из дорогих тканей, устраивали празднества и всякого рода забавы в то время, когда народ терпел нужду, из-за тяжелой работы на господ, не имея даже времени обрабатывать свое поле. Как тут удивляться тому, что в народе ходили подобные предания, в которых господская гордыня наказана была по законам высшей справедливости.
Чернинский дворец когда-то в народе называли «халупа». По преданию, во времена господства Йозефа II граф Чернин предложил этому императору пражский дворец задаром со словами:
– Извольте, Ваше Величество, эту халупу принять от меня даром!
После такого наименования дворца обиженный император ответил вельможе холодно:
– Благодарю вас, милый граф. Халупа от вас мне не требуется и думаю, что дворянин, подобный вам, не должен был бы жить в халупе.
С тех пор граф Чернин и никто иной из его потомков не входили во дворец на Градчанах.
Чернинский дворец больше не служит казармой. Было постановлено, чтобы после капитального ремонта предстал он в полном блеске как здание министерства иностранных дел. Он был полностью обновлен по проекту архитектора Павла Янака, снова установлена была парадная лестница из силезского мрамора. Так сохранен был для будущих веков этот замечательный памятник архитектуры.
В центре бывшего еврейского местечка, или пражского гетто, которое в качестве отдельного городского квартала позднее было названо Йозефов по имени императора Йозефа II, во многом облегчившего евреям жизнь, стоит почерневшее от старости строение с остроугольной крышей. Это еврейский молитвенный дом, так называемая Староновая синагога.
Как в каждом большом средневековом городе, в котором поселились евреи, был в Праге специальный еврейский квартал, гетто, полностью отделенное от остального города. Пражский Йозефов сохранил вплоть до последней четверти XIX века свои узенькие извилистые улочки с маленькими грязными домиками, в которых позднее, когда прекратилось раздельное существование христианских и иудейских жителей города, проживала также пражская беднота в темных, нездоровых жилищах. Эти ветхие старые дома исчезли с лица земли, и на том месте стоят сегодня новые жилые дома.
О Староновой синагоге сохранилось предание, что построили ее ангелы. Когда после падения Иерусалима, захваченного римлянами во времена императора Тита, еврейский народ оказался разбросанным по свету, в наших краях евреи осели на семьдесят два года раньше, чем сюда пришли чехи. Как только они выбрали себе на влтавском берегу место для проживания, тут же подумали о строительстве синагоги. Они хотели, чтобы она была каменной, но никто из них не умел добывать камень и обтесывать его. Тут им, взывающим к Богу, явились ангелы, возвестившие, что сам Бог поручил им, ангелам, построить синагогу. И тут же ангелы начали собирать камни, быстро поднимались каменные стены, к которым не притрагивались руки людские. Так, по преданию, была построена первая синагога на чешской земле.
Другое предание повествует, что изгнанным из Палестины евреям, оказавшимся в Чехии после долгих блужданий по свету, ангелы принесли синагогу прямо с их покинутой родины. Будто бы та синагога – старейшая во всем свете после Иерусалимской. Члены Пражской еврейской общины были убеждены, что их молитвенному дому не грозят поломки и разрушения до тех пор, пока там все будет оставаться в первозданном виде – без ремонтов и изменений. Поэтому существовало заклятие по отношению к тем, кто когда-либо покусился бы что-то менять или ремонтировать в святом молитвенном доме. В позднейшие времена несколько раз случалось, что старейшины общины, не придававшие значения старым преданиям о заклятии, пытались провести некоторые ремонтные работы или изменения. Но каждый раз и строитель, которому доверена была эта работа, и заказчики были наказаны за это каким-то несчастьем, а то и смертью. Поэтому несколько столетий здание синагоги не менялось ни снаружи, ни внутри. В настоящее время ремонт был необходим, особенно это касалось внешнего вида синагоги. Работы были проведены без какого-либо вреда для тех, кто ими занимался. Так старое поверье кануло в Лету.
