Сказать по правде полностью

Я была честна со всеми остальными всю свою жизнь, даже когда это шло мне во вред. Если я не признаю свои чувства к Брендану, то не просто откажусь от возможности отношений, но и предам себя. Если эта честность приведет к отказу – что ж, ладно. Я больше не боюсь; не после того, как доверила Пейдж то, что никогда не позволяла себе рассказать даже близким. Настоящие друзья, вроде Пейдж, примут меня такой, какая есть. Я не останусь одна, даже если Брендан меня отвергнет.

Я решительно подхожу к двери Брендана и врываюсь, не постучав, с опозданием осознавая, что шестнадцатилетний мальчик может делать в одиночестве в своей комнате посреди ночи. К счастью, Брендан просто что-то строчит в толстой учебной тетради по SAT.

Он разворачивается, явно ошарашенный.

– Я поцеловала тебя не для того, чтобы возродить твою популярность, – говорю я, не оставляя ему возможности спросить, что я тут делаю.

Его губы беспомощно движутся, пытаясь выдавить слова.

– Кэмерон, сейчас глухая ночь. Что ты вообще делаешь в моем доме?

Я закрываю дверь, не снисходя до ответа на его вопрос.

– Я поцеловала тебя потому, что должна была узнать, что между нами происходит, – сообщаю я.

Недоумение на лице Брендана сменяется изумлением, а затем настороженностью. Его голос сбивается, когда он спрашивает:

– И к какому выводу ты пришла?

– Прежде чем я расскажу, мне нужно кое в чем тебе признаться, – отвечаю я, набирая воздуха в легкие. Я стою на краю обрыва и наконец готова прыгать. – Когда-то ты спросил, почему я пытаюсь извиниться за вред, который причинила людям. На самом деле я делала это для того, чтобы стать хорошим человеком. – Брендан открывает рот, но я поднимаю ладонь, останавливая его. – А стать хорошим человеком я хотела для того, чтобы Эндрю Ричмонд согласился со мной встречаться.

Лицо Брендана затуманивается обидой.

– Постой, – мрачно говорит он, сверкнув глазами, – все время, что мы дружили, ты просто использовала меня для того, чтобы произвести впечатление на другого парня?

Я не собираюсь уговаривать его не сердиться. Он имеет на это право. Я здесь для того, чтобы обнажить душу, и не остановлюсь, пока не закончу.

– Брендан, – напористо говорю я, – может, наша дружба и началась из-за Эндрю. Но он играл эту роль всего пару секунд. Каждый раз, когда я с тобой общалась после той ужасной первой попытки извиниться, был потому, что я сама хотела с тобой общаться. – Брендан снова раскрывает рот, и я снова его перебиваю: – Нет, я должна это сказать. На прошлой неделе я получила то, что хотела. Эндрю пригласил меня на зимний бал. И… я отказалась.

На этих словах я слежу за лицом Брендана, ожидая непонимания или даже отвращения. Вместо этого оно остается закрытым, без эмоций. Я жду, не скажет ли он чего-нибудь. Но на этот раз он молчит.

– Я ему отказала. Из-за тебя, – продолжаю я. Сердце бьется чаще, пульс стучит, отдаваясь в кончиках пальцев. Слова ощущаются во рту неестественно, даже пугающе. – Потому что когда мы поцеловались, я почувствовала что-то настоящее. Что-то, чего не испытывала ни с кем другим, включая Эндрю. Думаю, я давно это чувствовала. Конечно, то, что я увидела тебя в… костюме, – я бросаю взгляд на ту часть его тела, которую имею в виду, и замечаю тень усмешки на губах, – помогло мне все осознать. Но дело не только в этом. Ты столько раз меня смешил, когда я была расстроена, рассказывал о своих интересах и даже хотел услышать мое честное мнение…

Я пересекаю комнату, сокращая расстояние между нами. Нервы искрятся электричеством.

– Всю свою жизнь я считала, что для любви нужно много усилий. Этому учили меня родители. – «Отец заставлял меня заслуживать любовь, а мать гонялась за ней и никогда не получала». – Но ты, Брендан, показал мне, что это не так.

Я уже так близко, что могу его коснуться.

– Быть с тем, кого любишь, нетрудно. В мире нет ничего естественнее, – заканчиваю я. Он поднимается, не отводя от меня глаз.

Я слегка подаюсь навстречу.

Брендан не отодвигается, и я его целую.

На самом деле слово «поцелуй» этого не охватывает. Я прижимаюсь к нему, идеально вписываясь в линии фигуры, которая когда-то казалась мне неестественно высокой; запускаю руку в длинные, чудесные волосы. Он целует меня в ответ, пока руки обвивают мою талию и притягивают ближе. Так же мы целовались в кабинете робототехники, только теперь все умножается на сто.

Ну вот, теперь я думаю о поцелуях в математических терминах. Мне явно передается задротство.

Он не колеблется ни секунды. Гладит меня по спине, целует одновременно нежно и настойчиво. Не могу понять, то ли я задержала дыхание, то ли его перехватило. Интересно, так целуются все неопытные парни или только Брендан?

Он отстраняется, но все так же крепко держит меня за талию, не отпуская.

– Что… сейчас происходит? – искреннее недоумение в его голосе сочетается с восторгом.

Я целую его в шею.

– Я только что сказала, что хочу быть с тобой, – говорю я с долей неуверенности. – Если ты не хочешь, то мне лучше уйти… – Я начинаю отворачиваться.