Не в силах справиться с этим поистине ощутимым чувством глупо-детского удовольствия наблюдать за тем, как карие глаза шедшего чуть позади молодого человека метали гром и молнии от бушующей внутри него злости. Клокочущей, опасно-ядовитой. Ей в действительности хотелось видеть его выбитым из привычной контролируемой колеи.
Почему?
Наверное, потому что сейчас он перестал чувствовать себя хозяином положения. А чем меньше он будет думать, что ему всё дозволено и что все должны плясать под его дудку, тем сильнее станет похож на человека.
Он ничего не говорил. Спустя несколько минут поравнялся с ней, сунув руки в передние карманы джинсов. И она тоже молчала, время от времени украдкой бросая в его сторону взгляд. Даже походка у этого человека была какой-то притягательной. Такой, будто бы весь мир действительно лежал прямо сейчас у его ног, а он просто обходил свои владения. Неспешная, размашистая. До невозможного уверенная. Наверное, она бы различила его в толпе, даже находясь на расстоянии в километр, по одной лишь манере ходить.
Оглядывал городские улицы скупо, почти не поворачивая головы, одним только своим твёрдым взглядом. Однако всё равно каким-то образом складывалось ощущение, словно он не упускал из виду абсолютно ничего.
Несколько минут желваки всё ещё блуждали по щекам, а потом утихли; злость оставила юношу окончательно.
Они уже подходили к дому, когда Марина всё-таки решила прервать молчание и первой начать разговор:
– Ну-у, как тебе школа?
Прошло несколько секунд, прежде чем он ответил.
– Обычная.
Голос был равнодушным, бесцветным. Собственно, чего ещё ожидать от этого куска самолюбия? Школу он осматривал с таким же отсутствием интереса, как и город. Видимо, всё ещё был недоволен её опозданием с утра. Ну и чёрт с ним. Так и надо, в принципе. Меньше будет выделываться.
Учебники они получили действительно без каких-либо проблем. Спустились в архив библиотеки, который встретил их полумраком длинного коридора и густой тишиной. Ни с кем из одноклассников столкнуться им не посчастливилось, поэтому нахождение в школе получилось очень недолгим. Егор кратко поприветствовал библиотекаря, как и Марина, получил свою стопку книг, которая тут же нашла место в его рюкзаке, и через пару минут они уже были на улице, выходя из школьных ворот.
Благо, учебников в самом деле оказалось не много, по крайней мере у Марины: большинство из них было рассчитано на десятый-одиннадцатый классы, поэтому её рюкзак пополнился всего на пять книг, к тому же не таких тяжёлых, поэтому девушка несомненно осталась довольна.
Чего не скажешь о Егоре: ему пришлось брать сразу все шестнадцать томиков, и Марина нашла ещё одну причину, чтобы тихонько позлорадствовать. Тем не менее она предложила ему свою помощь, но Егор благородно отказался, сославшись на то, что ей достаточно и того веса, который уже находился в её рюкзаке.
Что ж, допустим, что это было мило с его стороны. Но его настроение всё равно оставляло желать лучшего.
Однако девушка всё же была рада вновь побывать в стенах родной школы. Учитывая, что в скором времени ей придётся находиться там по несколько часов каждый день, эти две минуты пребывания казались чересчур ненавязчивыми и приятными.
– Очень конкретный ответ, спасибо. Расписал всё в ярких красках.
– А что ты хочешь услышать? – взгляд куда-то вдаль, отстранённый и холодный. Сегодня он был не так разговорчив, как ещё пару дней назад.
– От тебя? Упаси господь, ничего.
– Чудно. Я дико рад.
– Ага. Радость из тебя так и прёт.
Егор шумно выдохнул, недовольно зыркнув на неё. Приподнял брови, задавая мысленный вопрос, мол, что ей надо от него.
А ей надо? Да нет конечно! Она же только что русским языком сказала ему, что ей от него вообще ничего не нужно. Только бы прекратил корчить свою идиотскую физиономию.
Ей надо прийти домой, залезть под тёплое одеяло и начать смотреть какой-нибудь фильм, который она давно хотела глянуть, но руки никак не доходили. Быстрее попасть в свою квартиру и оставить этого противного молодого человека разве что в своей памяти.
Ободрённая мыслями, Марина приподняла подбородок, скользя взглядом по давно знакомым улицам вокруг. До дома оставалось не так много – одна вытянутая девятиэтажка, и на этом их пути бы разошлись, как минимум, до сентября.
Она уже окунулась в ощущение домашнего уюта под тёплым пледом с чашкой чая в руках, как вдруг стойкое осознание, что ей пора уходить, накрыло с головой. Нестись сломя голову, бежать, далеко и надолго, хоть на край света, лишь не находиться сейчас здесь.
Сейчас, когда взгляд ударился о знакомую фигуру, скользящую навстречу, узнавая в этой фигуре Гордеева. Неспешно вышагивающего, но неумолимо приближающегося. И что-то в груди вздрогнуло. Марина вдруг остро ощутила тяжесть всех книг, что находились в рюкзаке за её плечами, хоть их и было совсем немного.
